— Дорогуша моя, вам не за что извинятся, — мягко возразил Фен. — Я явился сюда по собственной воле, зная, что скорее всего из этого ничего не получится. Дело в том, что…
— Тихо! — резко перебила девушка.
Они прислушались. Элспет встрепенулась, и все ее страхи исчезли. Странно, даже в эту минуту, мысля трезво и разумно, она не могла отделаться от ощущения, что за ними следят, но теперь это не имело значения.
— Что там? — прошептал профессор.
— Мне показалось, кто-то кричал.
— Вы уверены, что это не сова?
— Нет! Вы ничего не слышите?
Минуту они стояли молча.
— Ерунда, — наконец пробормотала Элспет. — Наверное, послышалось.
— Не представляю, как поступить с Винни-Пухом. Похоже, он не может идти и, насколько я понимаю…
На сей раз услышали оба. Где-то неподалеку звучал голос, тихий и слабый: он звал на помощь.
— О господи, — выдохнул Фен. — Вы были правы. Откуда он доносится?
Элспет выхватила у него фонарь и бросилась в чащу.
— Скорее! — крикнула она.
Фен поспешил за ней. Винни-Пух, видимо, решив, что его хотят бросить умирать от голода, вскочил и потрусил следом, разразившись истошным лаем. Минуту или две они бежали, цепляясь одеждой за колючки и спотыкаясь о корни и траву. По пути профессор шлепнулся в лужу, вымазался с ног до головы в грязи и помчался дальше, подгоняемый обезумевшим от погони псом. С соседней ветки вспорхнула вспугнутая сова. Захлопав крыльями, она с криком исчезла в темноте.
Вскоре они выбежали на небольшую поляну, где еще держался сумеречный свет. Посреди нее в траве призрачно белела россыпь маргариток. Они остановились, не зная, что делать дальше.
Не сомневался только Винни-Пух. Он проследовал прямо к зарослям папоротника и обнюхал их. Потом улегся на землю и уставился на них.
Фен и Элспет приблизились. В листьях папоротника лежала девушка примерно того же возраста, что Элспет. Ее золотистые волосы свалялись, веки распухли и покраснели от слез, на горле темнели багровые отеки, а одна нога неестественно вывернулась набок.
Но, слава богу, Брэнда Бойс была жива.
Элспет опустилась рядом на колени.
— Брэнда! — крикнула она. — Это я, Элспет!
Лицо Брэнды было очень бледным, по щекам струились слезы изнеможения и радости.
— Отвезите меня домой, — прошептала она. — Прошу вас, отвезите меня домой.
Элспет сглотнула комок в горле; у нее пересохли губы.
— Брэнда, тебе плохо?
Фен тронул ее за плечо, и она отодвинулась в сторону. Он держал в руках фляжку с виски.
— Выпейте, — попросил он. — Вам станет легче.
