В Лед и пламени Тартара, мир переворачивается под ногами главного героя. Начало майских праздников несет в себе таинственное ожидание чудес, пока неясный свет пробивает холод дремучего ледяного пространства. Книга завязана на переплетении любви и смерти, где каждое слово как будто бьется в нервной тоске о судьбе, которая крутится вокруг бездонного Тартара....
– Операция по спасению клопа прошла успешно. В ходе операции убиты семь панд и один бенгальский тигр. Мирным ракетным ударом защитников козявок зоопарк разрушен до основания, – насмешливо прокомментировал Меф.
– Я же сказала, что нечаянно и прошу прощения! – повторила Даф.
– А толку? Я на тебя не обиделся, а Вихрова все равно не простит. У нее все обиды записаны, а все услуги проштампованы. Она если соль за обедом тебе передаст, ты у нее на всю жизнь в долгу, – продолжал Меф.
Ната скорчила рожу и показала ему язык.
– Шире ротик, еще шире! Язык нормальный, пациентка Вихрова! Налета нет. Вы допущены к занятиям в колледже сантехников, – одобрил Меф.
– Чудовищно смешно, Меф! Признаться, такой парочки придурков, как вы с Даф, мне давно не приходилось видеть! Неудивительно, что вы спелись. Друг другу вы изумительно подходите, – сказала Ната с досадой.
Даф кивнула.
– Ты не поверишь, Вихрова, но от тебя это слышать втройне приятно. Возможно, ты сама этого не знаешь, но у тебя верный глаз на такие вещи, – заметила она.
Дверь комнаты Чимоданова открылась. Выглянул Петруччо. Зудуку он держал за ворот и помахивал им, как сумкой.
– Что тут взрывают и, главное, почему без меня? – поинтересовался он.
– Исчезни! – сказала Ната.
– Почему так сразу: исчезни? Подчеркиваю: у меня двенадцать новостей. Некоторые из них даже хорошие.
– Чемодан! Отвали! – морщась, велела Ната.
Она знала, что Чимоданов слушает лопухоидные новости, а после их старательно пересказывает. На какой бирже подорожала нефть, в какой банановой стране случился переворот и что сказал известный певец своей жене, которая взяла в дом сразу двенадцать бесприютных кошек. Ната же мало интересовалась новостями, не имеющими отношения к ней лично.
– Да пожалуйста! Не хочешь ничего знать – можешь и дальше пребывать в тупости! – обиделся Чимоданов и скрылся в комнате."
"Ната машинально посмотрела ему вслед и взглядом, зорким как у старенькой снайперши, которая, страдая от отсутствия атакующей цепи врага, подглядывает за соседями, внезапно углядела под кроватью у Чимоданова нечто интересное.
