В Нижнем Тартаре, где ледяной холод сменяет адский жар, содержатся самые опасные узники темного мира. Когда Лигул выпускает их из заточения, чтобы расправиться с врагами, начинается борьба за выживание. Герои должны противостоять силам хаоса и спасти мир от катастрофы.
Раздел Chitat.online для книги «Лед и пламя Тартара» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В Нижнем Тартаре, где ледяной холод сменяет адский жар, содержатся самые опасные узники темного мира. Когда Лигул выпускает их из заточения, чтобы расправиться с врагами, начинается борьба за выживание. Герои должны противостоять силам хаоса и спасти мир от катастрофы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дмитрий Александрович Емец Детские книги Детская фантастика подборки серии
В Нижнем Тартаре, где ледяной холод сменяет адский жар, содержатся самые опасные узники темного мира. Когда Лигул выпускает их из заточения, чтобы расправиться с врагами, начинается борьба за выживание. Герои должны противостоять силам хаоса и спасти мир от катастрофы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Водитель – а это был типичнейший бомбила восточных кровей – страстный как Мамай и знавший Москву как поляки, сгинувшие под руководством Ивана Сусанина – кивнул, и убитая «шестерка» начала двигаться в приблизительно верном направлении.
Девушка молчала. Эдя украдкой разглядел ее и понял, что, составляя первое впечатление о ней, допустил две неточности. Первая заключалась в том, что девушка, показавшаяся ему вначале серой мышкой, была на самом деле красива, причем именно той красотой, которая позволяет говорить сразу о красоте, перешагивая разгонные стадии «бывает и хуже», «ноги ничего, прямые» и «хорошенькая». У нее было то продолговатое, совсем не хищное, но четко очерченное лицо, какое нередко изображают на византийских иконах – лицо с тонким носом и темными, не сомкнутыми на переносице бровями. Вторая неточность состояла в определении ее возраста. Теперь в такси Эде ясно видно было, что перед ним не вчерашний подросток, а девушка лет двадцати двух.
– Почему вы не дали мне прыгнуть? Разве вам было не все равно? – спросила девушка, заметив, что Эдя на нее смотрит. Пока что она пряталась за «вы» и не подпускала Хаврона на расстояние «ты».
– А шут его знает. Думал, все равно. Оказалось, не все равно, – сам себе удивился Эдя.
Некоторое время он порылся в своих несложных чувствах и спросил:
– Вас как зовут?
Девушка почему-то смутилась.
– Анна... Аня, – ответила она, помедлив.
Хаврон усмехнулся. Многие девушки почему-то именно так сообщают свои имена, будто это главная тайна, которую им доверила родина.
Эдя заверил ее, что догадывается, что Анна – это Аня, а не Неонила. Тут Эдя слегка сбился, недовольный качеством шутки. Сплошь и рядом так бывает. Начал шутить и понял, что запорол. И рад бы замолчать, да отступать поздно. Тут остается только добавить уверенности в голосе и ехать на танке дальше.
– А вас как зовут? – спросила Аня.
Эдя хмыкнул.
– Ну мы прямо как в детском садике. «А сколько тебе годиков? А где твоя мама?»
– Почему бы и нет? Детство – самое светлое время в жизни человека, – убежденно сказала Аня.
– Угум. Светлое. С точки зрения пенсионера. Сами дети так никогда не считают... Хм, Эдуард меня зовут, – сказал Хаврон. Он ненавидел свое полное имя. Впрочем, как и свою не слишком звучную фамилию.
Мелькали дома с редкими освещенными четырехугольниками окон. Эдя смотрел в окно справа. Аня – в окно слева. Бомбила терзал ручку автомагнитолы, и она захлебывалась в случайных звуках.
