Ты стоишь перед школой с Богдановым, обдумывая месть за то, что твоя подруга оказалась влюбленной в директора. Твои мысли о предательстве и отчаянии рисуют непростую атмосферу. Здесь ты будешь выбирать между мстой и щедрыми поступками, заставляя читателей задуматься о взаимодействии добра и зла в сердечной лабиринте отношений....
Я не знаю, как вообще решилась написать глыбе Льда. Но в безысходной ситуации человек мыслит шире, ищет любые ходы к отступлению. Вот и я искала. Сперва думала, попрошу помощи у Вовки или Лели. Но потом поняла, раз они раньше не помогли, то почему сейчас должны.
Мыслей в голове было так много, что в какой-то момент я не сдержалась, и слезы покатились из глаз. Безумная несправедливость. Все, что творилось со мной, я сочла именно несправедливостью. Папа звонил, мама звонила, даже Аллочка. Но как им сказать, где я, а главное, почему здесь.
Когда стемнело, а зарядка почти села, я вспомнила, как глыба Льда кинулся спасать меня той ночью. Он не побоялся, дрался изо всех сил. Как бы сильно ни раздражал этот парень своим хамством и холодностью, он заступился за меня. И я была убеждена, что если напишу ему, то глыба Льда обязательно придет.
И вот он здесь, и я отчетливо могу ощущать запах его мужского парфюма. А еще у него теплая спина. Нет, очень горячая.
– Давай вставай с моего байка! – вдруг прикрикивает раздраженно. Возвращает меня из дурных воспоминаний о сегодняшнем дне.
– Черта с два, – спокойно оповещаю его. Уверена, не прогонит ведь. Однако просто называть его ноунеймом в черном плаще тоже не вариант. Понимаю, что мы вряд ли сможем стать друзьями или просто товарищами.
– Еще раз скажешь…
– Волан-де-Морт! – прикрикиваю, скрепляя пальцы в надежный замок на его животе.
– Эй, ненормальная! – тоже срывается на крик. Кидает на меня недовольный зырк через плечо. Лицо его так и остается непроницаемым, словно маска. А в глазах лед размером с айсберг.
– Неплохо же звучит, скажи, – чуть наклоняю голову, но на мне шлем, поэтому свои эмоции я могу спрятать. И это хорошо.
– Тим… – говорит хрипло парень.
– Что?..
– Тимур, – повторяет. – Меня зовут Тимур. Довольна?
– У меня никогда не было знакомых с таким именем, – зачем-то признаюсь ему в этом. Потом, правда, прикусываю язык и корю себя. Глупо же.
– Поехали, – пропускает мимо ушей мою реплику. Дает по газам, и я вжимаюсь в него всем телом, боясь оказаться расплющенной на асфальте.
