Жаркая ночная дуэль на грани бедствия — вот как начинается эта книга "Леденцы босоногой графини". Графиня обречена жить между ужасом и безнадежностью, а её мужчина превращает дом в ад. Давайте узнать, как она сумеет выжить и отомстить за все уничиженные годы...
Хороший такой, крепкий образчик мужской харизмы, не сказать чтобы холёный, но читается в нём военная выправка. И не мальчик, но муж, лет сорок, наверное, может, меньше, просто жизнью потрепало."
"А он, в свою очередь, уставился на меня, уж и не знаю, что пытается рассмотреть, но лицо вообще не доброе. Словно я его уличила в каком-то прохиндействе.
— Бумаги привезут господа, новые владельцы, ваша двоюродная тётя, если не ошибаюсь.
— Вот когда привезут, тогда и поговорим! А сейчас сделайте лицо попроще, вас тут никто не боится! — ворчу, пытаясь спуститься, потому что сил терпеть свою вонь больше нет.
Делаю ударение на слове «НАС», чтобы у чужака совсем пропали амбиции взять крепость с наскока.
— Так это дождевая вода, на поливку ваших роз.
— А-а-а! Ну, немного удобрения им не повредит.
Понукаю пятками лошадь, заставляя её пройти ближе к огромной бочке на углу огромного дома, перекидываю ногу, встаю как циркачка на бортик, а вода такая чистая, тёмная, и я её сейчас испорчу.
— Ух! — и ныряю с головой, я так у себя на усадьбе частенько моюсь летом, вода за день нагреется, хорошо…
Погружаюсь с головой и надолго, стараюсь хоть немного отмыть уже засохшие волосы. Жаль народу много, платье бы снять. Оно оказалось просторным, без всяких фендибоберов и утяжек, а почему бы и не стянуть, не тащить же в дом эту грязь.
Выныриваю, и через голову стаскиваю серо-зелёную тряпку, верхнего платья. Шлёп и оно падает на траву. На мне ещё и панталоны, и рубаха из плотной ткани, сплошное целомудрие.
— Принесите мне простыню, баню, всё же топить придётся, простой водой я не отмоюсь. Ну чего встали, я же не голая, и заберите уже несчастную лошадь, мне самой её отмывать? — спокойно отдаю приказ, и женщины, очнувшись, спохватились, побежали в дом исполнять.
— Сударыня, мне говорили, что вы натура утончённая, артистическая и ранимая. Предупреждали, что с вами надо поосторожнее, чтобы не взять новым хозяевам грех на душу. Но…
Я продолжаю полоскать грязные волосы в бочке, он меня, конечно, удивил.
— Лучший способ не брать грех на душу, не лезть в чужую жизнь и сейчас не пялиться на меня.
