И только эхом воспоминания подхлестывало пожелание Нечто: «Постарайся выжить».
И добравшись до последних строк, я поняла, что это было сказано им не фигурально.
Окончание заклинания я выдавливала из себя уже беззвучно. Окончательно сорванное горло только неразборчиво хрипело.
Все, чего мне хотелось, это – закрыть глаза и чтобы все закончилось.
Лишь благодаря этому я дотянула до последнего слова.
Но вместо облегчения пришло другое испытание.
Сквозь алтарь в мое тело ударил столп силы и вырвался через солнечное сплетение. Казалось, мне разворотило грудную клетку, и в этот момент я очень ясно поняла, что не выдержу эту мощь. Поток все не останавливался, а я если и выживу, то просто сойду с ума.
Из последних сил я ухватилась за горло там, куда сползло ожерелья, внезапно сделавшееся ледяным, и рванула артефакт, пытаясь сдернут с шеи.
Он не поддался, зато я раскроила ладонь о мелкие и тонкие звенья и острые грани драгоценных камней.
Видимо, моя кровь, обагрившая ожерелье, запустила выброс силы.
И меня накрыла чернота.
Последнее, что я ощутила, что руки и ноги стали слушаться.
Я свернулась в клубочек и потеряла сознание.
Глава 79
Придя в себя, я не торопилась открывать глаза, а прислушалась к собственным ощущениям.
Надо сказать, весьма болезненным.
Наверное, так в конце дня чувствует себя каторжник на каменоломнях.
Оценив свое состояние, я нерешительно запустила слабенькое целительское заклинание, и оно мне удалось, хотя я ощущала себя скорее опустошённой, чем обретшей дополнительную силу.
Холодок, сковавший ненадолго саднящее горло, принёс облегчение.
Я выжила и не выгорела.
Да и скорость, с которой восстанавливались голосовые связки, говорила о том, что последнюю ступень я прошла успешно.
Спасибо ожерелью, которое помогло мне вынести поглощение нового дара. И, похоже, стоит поблагодарить Сарду.
Осталось только разобраться, какую именно магию я получила.
Но главное – нужно выбраться из сердца Вингфолда.
Кроме собственного самочувствия меня беспокоила неизвестность, ведь я понятия не имела, что происходит наверху."
"С трудом разлепив склеенные от высохших слез ресницы, с величайшими предосторожностями я села на алтаре. Помня, какая мной владела слабость после первых двух этапов получения дара, я не доверяла рукам и ногам. Однако, несмотря на малоприятные ощущения во всем теле, оказалось, что, хоть и с трудом, но двигаться я могу. Привычная энергичность мне была недоступна, и все же сил во мне было больше, чем по пути сюда.
Оперевшись ладонями на алтарь, я поморщилась разодранная рука ныла, а там, где кровь уже подсохла, неприятно тянуло кожу, и я решилась задействовать ещё немного резерва, чтобы подлечить ладонь.
И обомлела.