Собственно, это была ещё одна причина, по которой вспыльчивый Тофинбейл предпочитал избегать раздражителей в лице придворных."
"Впрочем, похоже, что действие укрепляющего зелья заканчивалось, и я уже ощущала слабость, глаза слипались, а одеяло стало казаться тяжёлым.
Я покосилась на кувшины, присланные Иденом, и все же решила проявить благоразумие. Дневник никуда не денется. В конце концов, в Аддингтон-холле не могло не быть хотя бы одной плохонькой лаборатории, а мне нужно выспаться перед завтрашней, нет, уже сегодняшней поездкой. Может даже, я так хорошо отдохну, что мне не потребуется пить эту гадость.
Однако утром я поняла, что моим надеждам не суждено было сбыться. Пока не приняла отвар, до которого даже дотянуться без помощи Клары не смогла, я чувствовала себя ещё более разбитой, чем вчера. Это раздражало. В моём цветущем возрасте подобная беспомощность была чем-то из ряда вон выходящим.
Даже в пансионе, когда я умудрилась серьёзно простыть, так что слегла в постель, подобного не было. Впрочем, тогда меня быстро поставили на ноги чем-то, сильно напоминающим вкус зелья Идена. А сейчас я даже не знала, во имя чего страдаю.
Нет, разумеется, ради дара я готова была потерпеть, только было совсем непонятно, стоил ли он таких мучений. Ещё неизвестно, какие последствия будут у последующих ритуалов. К тому же я вовсе не уверена, что в следующий раз Эдуард мне поможет.
Цепочка размышлений, приведшая меня к мыслям о его величестве, заставила меня помрачнеть ещё больше.
Я гнала от себя думы о нем и была рада, что суета сборов отвлекает меня от них, потому что вспоминать об Эдуарде было больно.
Возможно, на моём настрое сказывались истощение и погода, которая соответствовала упадку духа на все сто. За окном было пасмурно, дождливо и холодно. Ещё вчера для прогулки было достаточно платья из плотной ткани, а сегодня уже пришлось уцепиться. Единственным приятным моментом после пробуждения стала новость о том, что Клара пока остаётся рядом в качестве компаньонки и отправляется со мной в Аддингтон-холл.
Мама была занята приготовлениями к вечеру в нашем городском доме и составить нам компанию не могла. А лорд Джейд и Аледина уже отправились в карете Фризголд, и папа попросил Клару присоединиться к ним до ближайшей стоянки. Стало быть, он всё же собирался поделиться со мной какими-то тайнами.
Промозглый ветер задувал в ворот пелерины, и я порадовалась предусмотрительности компаньонки, успевшей сунуть мне в руки перчатки. Пока загружали багаж в карету, а я разглядывала ещё не окончательно пожелтевшую парковую зелень, ко мне подскочил помощник конюха. Тот самый, что умел не видеть «ни людей, ни королей».
– Леди, – шмыгнул он носом, – просили передать.
И парнишка протянул мне бумажный конвертик.