– Кто просил? – принимая записку, настороженно спросила я.
Он посмотрел на меня укоризненно, и сердце моё забилось.
– Сказали, что прочитать получится только по прибытии, – предупредил мальчишка и был таков.
Дрогнувшей рукой я убрала послание за корсаж и подняла взгляд на окна дворца. Портьеры в старом кабинете Эдуарда чуть колыхнулись.
– Амелия, – окликнул меня недовольный отец, не любивший подобный способ путешествия. Однако садится на коня означало промокнуть до нитки и прибыть в герцогство, заляпанным грязью с головы до ног, и ему пришлось смириться. – Ты решила идти пешком до Аддингтона?
О нет! Я определённо хочу послушать, что мне расскажет папа.
– Его величество намекнул мне, что твоё пробуждение не совсем обычное, – вперил в меня свой требовательный взор отец, как только карета оказалась за воротами Вингфолда. – Хотелось бы знать, откуда он в курсе деталей.
Не горя желанием делиться с отцом девичьими переживаниями и рассказывать ему о поцелуе, я ответила уклончиво:
– Вчера он стал свидетелем частичного пробуждения. Увы, он тоже мало чем мог поделиться, поэтому вся надежда на тебя, папа.
– Мало чем? – недоверчиво переспросил лорд Бранхерст. Темнит Эдуард. Ну, ему виднее.
– Почему ты решил, что темнит? – удивилась я. Рассказ короля об устаревших дарах звучал правдоподобно.
– Его величество – один из самых образованных людей королевства и знает намного больше, чем ты или даже я можем представить. Имея доступ ко всем тайным знаниям и секретным архивам, он никогда ими не пренебрегал. Мальчишка рос у меня на глазах, удивительно, Эдуард всегда казался мне более подходящим на роль наследника. Из него получился прекрасный интриган.
Папа о чем-то задумался, и когда мне показалось, что он ушёл слишком глубоко в свои размышления, я не выдержала:
– Папа, ты тоже темнишь! Я была хорошей девочкой и терпела, но пора вскрыть карты. Расскажи мне о маме. Я имею право знать!
– Ты знаешь, что мама из провинции на границе, она рано осталась сиротой, и я был назначен её опекуном. Где-то через год после моего назначения мы поженились.
– И что из этого неправда? – напряглась я.
– Почему неправда? – удивился отец. – Все правда. Разве я не учил тебя, что, если хочешь что-то утаить, то к десяти процентам лжи добавить нужно девяносто правды?
– А в чем тогда подвох? – нетерпеливо уточнила я, сейчас мне было вовсе не до нравоучений."
"– Лорна действительно сирота из приграничья. Только ее родная провинция с другой стороны границы.
Я ошалело смотрела на папу. У меня почему-то никак не укладывалось в голове, что мама – лидванийка.
– А опекуном её меня назначил король Гевин, когда я поймал её на шпионаже.
Глава 34
Мама – лидванийка, дворянка из обедневшего магического рода.