Уединившись в своем будуаре после напряженного дня, главная героиня позволила себе выпить гораздо больше, чем обычно. Было душевно грустно и уныло, хотя она по-прежнему пыталась скрывать эти чувства. Каждый бокал вина лишь усиливал ее ощущение бесконтрольности ситуации, которая давила на нее как камень отвесный....
Кроме того, там была папина лаборатория, в которой имелись и маски, и перчатки, и реактивы – всё, чтобы безопасно определить, какое зелье скрывается в украденном пузырьке.
До особняка я добралась без приключений. Но стоило выпорхнуть из экипажа и ступить на вымощенную светлым камнем дорожку, как возникло смутное ощущение, что что-то здесь не так.
В смысле всё вроде и хорошо, но интуиция заворочалась и забурчала, а я напряглась и принялась вглядываться в окна, ожидая какой-то неприятности. Даже остановилась на минутку, но потом взяла себя в руки и, отринув сомнения, зашагала к особняку.
Шаг на первую ступеньку, на вторую, третью… Рука потянулась к дверному молотку, однако постучать я не успела, дверь распахнулась раньше. Я вздрогнула, обнаружив на пороге Клауса.
– Ты что? Караулил? – вырвалось у меня.
Дворецкий, обычно степенный и невозмутимый, нервно кивнул и отстранился, пропуская внутрь.
Холл встретил спокойствием и даже обыденностью, но я верить в хорошее уже не спешила.
Я, конечно, прошла и…
– Ну надо же, – протянул его высочество. Он сидел, развалившись в кресле и закинув ноги на столик, между прочим, стеклянный и жутко дорогой! – Ну надо же, кто явился. Леди Алессандра, где вас бешеные гиены носили?
Я аж подавилась от такого приветствия, попутно отметив, что Джервальт выглядит вполне спокойным, даже улыбается, причём приветливо.
– Хм… – ответила я. – Хм… – Потом вспомнила о наличии свидетеля в лице дворецкого и присела в вежливом реверансе. Сказала: – Доброе утро, ваше высочество. – Пауза и… – Как лицо, временно ответственное за ваши манеры, спешу сообщить, что в приличном обществе восклицания про гиен неприемлемы. Также совсем не лишним будет поздороваться и принять более приличную позу.
Принц прищурился, даря новую, вроде бы добрую улыбку, и парировал:
– Хорошо, Алечка. Я учту.
Клаус, услышав обращение, благополучно подавился воздухом, а Джер оскалился ещё шире. Зато наконец убрал ноги с хрупкого столика и, плавно поднявшись, направился ко мне.
Остановился в полушаге, нависнув скалой, и прошипел:
– Где тебя носило, милая?
Будь мы одни, я бы стерпела, но учитывая наличие Клауса…
– Выбирайте выражения, – процедила в ответ.
