Уединившись в своем будуаре после напряженного дня, главная героиня позволила себе выпить гораздо больше, чем обычно. Было душевно грустно и уныло, хотя она по-прежнему пыталась скрывать эти чувства. Каждый бокал вина лишь усиливал ее ощущение бесконтрольности ситуации, которая давила на нее как камень отвесный....
Я оказалась в тисках его объятий раньше, чем успела опомниться. Мужское дыхание опалило губы, и мир перестал существовать. Жар, уверенные неторопливые движения его губ, наглющий язык, от танца которого стало до неприличного хорошо – так, что даже ноги начали подгибаться.
Не упала я из чистого упрямства, зато полотенце моей стойкостью не обладало… Но, когда поняла, что ткань начинает соскальзывать, случилось непредвиденное – разгорячённый поцелуем Джервальт меня укусил."
"Кажется, такое уже было… Кажется, я уже чувствовала металлический привкус во рту, но сейчас… мы словно перешли какую-то границу.
Страха не было. Желания закричать – тоже. Я просто падала, а когда падение прекратилось, передо мной развернулась удивительно реалистичная картина…
Вот темноту забытья разрезает вспышка, и передо мной вдруг разгорается костёр.
Снова вспышка… И вот уже в моих руках меч. По краям зачарованного лезвия пробегают искры защитной магии, грудь жгут активированные амулеты, а со всех сторон летят молнии – я едва успеваю уворачиваться и отбивать их.
Откуда-то справа появляется клубок из сверкающих нитей.
В последний момент между мною и колдовским шаром возникает преграда. Ещё миг – и к моим ногам оседает парень в тёмно-серой шёлковой рубашке, щедро забрызганной кровью. На его животе зияет идеально круглая страшная дыра с обугленными краями. Бледное, уже явно неживое лицо рассечено от виска до подбородка.
Это же Морти! Только совсем юный, гладко выбритый и худощавый.
Полумрак сумерек сменяется рассветом, и я вижу два могильных холмика на пригорке под раскидистым дубом. Тени от листвы пляшут на сооруженных из палок надгробиях. Это даже не доски – просто ветки с ободранной корой.
На моё плечо ложится чья-то рука, стискивает ободряюще, и я закрываю глаза, чтобы, открыв их, увидеть поблёскивающую в лунном свете гладь небольшого озера.
