В окрестностях ледяного окосердного существа, которое казалось совсем беззащитным рядом с мальчишкой, толпа людей сновала по площади. Все заняты своими делами, и никто не обратил внимания на бедственное положение ребенка. Десять минут назад я вмешалась в эту толпу, выехав из переулка. У меня была встреча с подругой в кафе по адресу Дворянской улицы....
Я не устояла на ногах, упала, стараясь держаться на спине, меня швыряло из стороны в сторону, а я начала орать, хоть и знала, что никто не услышит. Меня в очередной раз швырнуло в сторону, головой я налетела на что-то острое и взвыла от боли, но перед тем, как потерять сознание, успела подумать: ""Неужели все?""
* * *В том мире царила абсолютная темнота, и я плыла в ней, не чувствуя своего тела. Пока не услышала звук. Жуткий волчий вой. И испугалась. Я жива, господи, я жива. Я слышу, значит, жива. Я представила, как волчья пасть сейчас сомкнется на моей еще живой плоти, и в ужасе закричала.
— Она жива. — И повторил:
— Она жива.
* * *Я открыла глаза и увидела свет.
"Во второй раз удивления я уже не испытывала, а попыталась понять: где я? Для этого надо было повернуть голову, оглядеться. Это оказалось не так просто, тело не желало слушаться, но в тот момент это не испугало меня, просто вызвало досаду.
Лукьянов улыбнулся и сказал:
— С возвращением.
Я разлепила пересохшие губы, попыталась произнести вопрос, но звука на было, и губы казались чужими. Лукьянов перестал улыбаться, осторожно погладил мое лицо, я видела это, но не чувствовала.
— Я знаю твой первый вопрос, — тихо сказал он. — Ты ведь не надеялась, что ребенок останется жив? Я позову врача. — А я закрыла глаза, радуясь беспамятству.
* * *Мужчине было лет сорок, рыжие волосы и очки, он держал руки в карманах медицинского халата, серьезно глядя на меня.
— Как наши дела? — спросил заботливо. Я обшарила взглядом комнату. — Саша здесь, — сказал врач. — Спит на кушетке.
