В глухой дремотной квартирке искрит индустриальные вентиляторы, прерываемые размашистыми смехами и веселым моторным треском. Сегодня воздух здесь нечем дышать — таков уж характер ночных пенных вечеринок на втором этаже. Гул барабанов переплетается с визгами и хохотом, создавая беспросветный сумрак преисподней....
– Этот год пролетит – не заметишь! Да и, скорее всего, я приеду летом на недельку… Потискаю вашу лялю!
– Когда ты улетаешь? – с грустью в голосе спросила лапочка, накладывая мне в тарелку свою фирменную шарлотку.
– Уже скоро. Через несколько дней после Нового года. Родители как раз вернутся из Таиланда, и снова поедем в аэропорт, на этот раз провожать меня.
– Даш, я даже немного тебе завидую. Новая страна, новый университет, новые знакомства… Столько возможностей! А мне придется уйти в академ. Мозги стали как кошачье желе… – Мила задорно хихикнула.
– Вот престарелые идиоты! – я закатила глаза, отрезая кусочек яблочного пирога.
– Демид предложил взять няню в помощь, но я не хочу. Даже не представляю, что какая-то чужая тётка будет таскать нашего ребёнка! Ни за что! – она грозно топнула ногой, и мои губы снова дрогнули от подступающих к горлу смешинок.
Такая грозная Мила на тонких ножках с огромным животом.
– Что ещё у вас нового? – задумчиво спросила, отправляя последний кусочек бесподобного пирога в рот."
"– Вчера весь вечер ругались. Сейчас уже даже не вспомню причину. Но я опять не сдержалась и наговорила мужу столько гадостей… Господи, как он меня еще терпит?! – в словах подруги улавливалась горечь.
– Да, конечно. Скоро буду скучать по твоим пирогам, так что давай сразу большой кусок! Мил, не жалей шарлотки! – я подмигнула, перекидывая распущенные волосы через плечо.
– Забирай хоть всё! Я ещё испеку! Ай-й-й… – она протянула руку к плите, но вдруг резко согнулась пополам, издав тихий вскрик.
– Что такое? – подскочила со стула, спустя секунду останавливаясь возле подруги. – Что с тобой?
– Дашка, смотри-и-и… – перевела растерянный взгляд туда, куда испуганно глядела подруга, и чуть не закричала от удивления, увидев на половой плитке лужицу воды.
– Это то, о чем я думаю? – спросила трясущимися губами, приобнимая Милу за талию, помогая ей сесть на стул.
– Воды отошли! Черт, мне так больно… Да-аша-а-а-а…
– Мил, что происходит?
– Я рожаю…
– О господи!
– Подай телефон! Нужно срочно позвонить Демиду! Давай! Давай… – судорожно выкрикивала она, дотрагиваясь до подрагивающего живота.
