Своеобразный юмор и холодная интрига присутствуют во всем романе "Леди и настойчивый поклонник". Теперь главная героиня Ева вынуждена мириться с неожиданным возвращением старого врага, теперь он настойчиво ухаживает за ней. В ожидании сюрпризов и загадок Еве приходится переносить скучные балы, зато эти мероприятия обретают новый смысл — как сцена для игр между противниками в дуэтах чувств....
Держалась младшая, по крайней мере, с потрясающей непосредcтвенностью, шутила как и всегда, звонко смеялась и щедро рассыпала улыбки направо и налево."
"Теодоро был сражен наповал очарованием моей сестры, кажется, напрочь пoзабыв и о пиявках,и о лягушке, и о прочих перенесенных им в этот день страданиях. А вот Мануэль словно бы вовсе не видел Эмму. Он не обращал на младшую никакого внимания, кроме того, которое требовала вежливость.
Казалось, будто весь мир Мануэля Де Ла Серта внезапно начал вращаться вокруг меня.
Но ведь он наверняка притворяется, иначе и быть не может.
При этом Де Ла Серта не желал оставлять меня даже наедине с собственными мыслями!
Стоило лишь погрузиться в нелегкие раздумья, как Мануэль тут же обратился ко мне:
– Вы сегодня до странности молчаливы, леди Ева, - произнес молодой человек.
Случилось . Пpичем с самим иберийцем. И разумеется, эту правду озвучивать при Мануэле и Теодоро я посчитала излишним.
— Нет, ничего такого, - покачала я головой плечами, не рискуя посмотреть в сторону предмета своих чувств. Попросту боялась, что из-за бури в душе могу сама того не желая сглазить Мануэля,и в этом случае у него появится реальный шанс сломать не только ногу, но и шею.
– Разве? – решил быть настойчивым, а не вежливым ибериец. Я не глядела в его сторону, однако всем телом чувствовала , что черные глаза Де Ла Серта прямо сейчас пытаются прожечь меня насквозь.
– Вы мне не верите? - с деланным возмущением спросила я.
В Альбине было принято верить леди, что бы те ни говорили,или хотя бы делать вид, что веришь. Джентльмен просто не может заявлять об обратном.
На беду мою, Мануэль Де Ла Серта был не из Альбина и на условности, что были неотъемлемой частью нашей жизни, с легкостью мог махнуть рукой.
— Ни капли не верю, леди Ева.
А еще, похоже, на звание джентльмена претендовать ибериец не мог.
От такого поворота я буквально онемела и с возмущением уставилась на молодого человека, которому пришло в голову вот так бесстыже нарушить правила игры, принятые в высшем свете.
– Вы обвиняете меня во лжи? - позволила я себе даже некоторое возмущение.
