В темном коридоре Приюта святого Ифи, где дрожащие шипения и меланхоличное сияние змея Нага оглашают пустые детские комнаты, начинается отчаянная борьба за жизнь. Маленькое сердце в маленькой голове Наги гулит, предчувствуя мистическую опасность, и свет луны, как в раю, не дает укрыться его страшным чувствам....
Во-вторых, чтобы сделать такую привязку нужно в буквальном смысле слова иметь доступ к телу короля. В-третьих…
От неожиданности я села и посмотрела на свечу. Интересно, ведь у Тирана был первый отбор. Отбор, когда все, без исключения Мардары находили пару. И он тоже, наверняка, ее нашел.
Догадка напугала. Я легла на подушку и закрыла глаза. Не хотела торопиться с выводами и догадками. Мне почему-то не хотелось верить, что та, первая мирата, добровольно отказалась от него.
Тиран
Вечер Тиран снова встретил в кабинете.
― Взятки? Это все, что король хочет отдать под суд? ― инфант приподнял левую бровь.
― Этого мало?
― Не знаю, не знаю. Но вижу, что ваш источник кто-то усердно пытается залатать. Надо сказать, что вам крупно повезло. Как и всем миратам.
― Видите?
― Да. А что ваше Величество удивляет? Судьи Ифтария должны видеть его магию.
― Одна из участниц отбора.
Судья цокнул языком и кивнул.
― Это та рыжая прелесть, которую в этот момент пытаются убить?
Рената
Леди
Вот интересно, чем я так провинилась перед богами, местными или земными, что мне даже поспать не дают? Я открыла глаза от едва уловимого звука открывшегося портала за спиной. Сначала подумала, что пришел Тиран. Хотела повернуться и выпроводить его спать к себе, но вдруг поняла, что для мирата шаги слишком легкие, а характерное шуршание тяжелой юбки явно указывало на то, что в комнату вошла женщина.
"Желудок сжался в предчувствие неприятностей. Я старалась дышать ровно, чтобы самозванка думала, что я сплю. Надеялась, что она пришла осмотреться и сделать мелкую пакость, как с гардеробом. Вот только в этот раз пакость была не такой безобидной, как испорченные платья. Не знаю, как так произошло, но в какой-то момент я почувствовала, как воздух в комнате сгустился и завибрировал.
Я тут же вскочила на пол и отскочила к двери. Юна с Бухтенвилем спрятались под кроватью. Женщина на полу, а это была именно женщина, орала от боли.
