Вадим Ящуров с недовольством озирал серые коробки домов, окружающие его территорию. Восьмерка десятиэтажек на Окраинной улице – вот где прячутся его враги. Теперь они приближаются, идя в ста двадцатке – это их командная звезда Кабан. Группа готовится к жестокому бою. Впереди уже виднеется мрачная толпа с палками и байками....
– Если ты со мной, можно и остепениться, – после недолгого раздумья согласился он. – Поперек горла уже бродячая жизнь... Только мне поздно высовываться из своей норы...
– Я замолвлю за тебя слово.
– Я не против.
– Разговор будет серьезный.
– Понятное дело. С ворами порожняки не гоняют...
– Да, ты прав, разговор будет с ворами... Короче, ты должен отойти под меня...
– Не понял...
– Слишком много ты косяков упорол, брат мой. Не будет тебе прощения... Но если ты под меня отойдешь, тогда дело другое. За меня впрягутся.
– За тебя могут, – серьезно посмотрел он на нее. – Ты у нас крутая, по понятиям живешь, базара нет... Я подумаю..."
"«Думай, думай...» Ирина уже знала, что он примет верное решение. Пусть это будет только формальность, но он отойдет под нее. А от формальности до факта путь короткий...
Сова возьмет под свою опеку Таежника. Он не глупый, чтоб упускать свою выгоду. Только беспредела он не потерпит. Что ж, придется Семе вести оседлый образ жизни, «пасти» свое добро и не трогать чужое.
– И еще, на все это «лимона» два «зеленью», я так думаю, уйдет, никак не меньше...
– Круто!
– Ничего не поделаешь. Черную масть ты оплевал. Откупиться от нее не просто... Но можно. И отдать кое-что из «пастбищ» придется. А еще менты... На высоком уровне тебе покровители нужны. На очень высоком. А туда с пустым карманом не допрыгнешь...
– Давай, Ириха, выручай своего Сему.
«Своего Сему»... Ирина с трудом сдержалась, чтобы не показать свою неприязнь к нему. С каждым часом он становился ей все противней. Странно, а ведь совсем недавно вроде как нравился...
* * *– Ну что, дорогая, мой отпуск закончился, – сказал Петр Валерьянович, поглаживая Катю по голой спине.
Она лежала на кровати, едва покрытая простыней, и мягко мурлыкала, нежась под его лаской.
– И мне пора уже в Москву...
– Я о том же.
– Вчера я звонила Артему. Но его нигде нет.
– Может, его уже нет в живых? – равнодушно спросил Петр Валерьянович.
– Может, и так, – в голосе Кати послышался робкий всплеск скорбных эмоций.
– Пора ехать...
– А если и меня ищут?
– Все может быть... А чего тебе переживать? Я и в Москве тебя спрячу. Квартиру тебе сниму на окраине где-нибудь. Будешь жить, ни о чем не жалеть. А сам пока разводом займусь...
