В школьном автобусе едят до монгольской границы самые неожиданные попутчики: учителя, миллионеры, убийца и писательница детективов. Абсурдная компания, случайно собранная вместе, вынуждена справляться с непредвиденными ситуациями и раскрывать друг друга под маской обыденности.
Будто за поворотом мелькнуло пожарище и тут же исчезло.
Если честно, то состояние шизофренической ревности мне очень не нравилось. Оно утомило меня, и я бы даже не отказался выпить что-нибудь успокоительное, но за рулём этого делать было нельзя.
– Ну так как?! – вопросительно посмотрела на меня Элка, и в её взгляде было столько насмешки, что я невольно притопил в раздражении газ.
– А молилась ли ты на ночь?! – решил я перевести всё в шутку, но тут из-за поворота вынырнул мелкий гаец и требовательно махнул полосатым жезлом, который мне показался едва ли не больше его самого.
Я нехотя притормозил, забрал вправо и остановился на обочине.
– Документики! – подпрыгнул гаец, подбежав к кабине.
Я достал из бардачка все документы и, чтобы он не скакал, вышел из автобуса. Парень оказался мне ровно по ширинку. Это меня немного смутило, поэтому я отошёл на два шага назад и встал к нему боком.
Все документы были в полном порядке, и повода для волнений у меня не было.
Лейтенант, убедившись, что в бумагах придраться не к чему, заскучал и критически осмотрел автобус.
– Гуманитарная помощь детям Камбоджи, – пояснил я. – Гоним к монгольской границе.
Карлик присвистнул.
– А стекло лобовое ветром сдуло? – Он снова подпрыгнул, чтобы лучше рассмотреть отсутствующее стекло.
Я натянуто улыбнулся, давая понять, что оценил его шутку. Ну не мог же я ему рассказать, что лобовик вынесло взрывом, а стекло в заднем окне я собственноручно выбил головой одного из пассажиров.
– Там тепло, – не нашёл ничего умнее сказать я. – В Камбодже-то. Стёкла необязательны.
– Почему автобус грязный такой?
– Так не по Европе колесим. Лужи, канавы, брызги, обочины, дурные взгляды…
– Багажничек открываем, показываем, – ледяным тоном приказал лейтенант.
Я тяжело вздохнул и попробовал вразумить лейтенанта.
– Вы же видели, в документах есть бумага из отдела образования! Она подтверждает, что автобус под завязку забит гуманитарным грузом!"
"– Багажничек открываем! – рявкнул лейтенант так, что с соседнего дерева испуганно вспорхнули птицы. Его мучил комплекс Наполеона, так же как меня – комплекс Отелло. Я почувствовал к нему некоторое сочувствие и поплёлся открывать грузовой отсек.
Распахнув заднюю дверь, я увидел среди мешков улыбающегося во весь рот Сазона. Рядом с дедом сидел Рон. Он скалился и одновременно помахивал хвостом, не зная, чего ожидать от незнакомца.
– Генерал! – заорал дед, ударив себя по ляжкам.
