Ночной водитель встречает опасную миссию: найти и уговорить попутчика на незнакомой дороге. Его собеседник кажется необычайно привлекательным – чёткий профиль, щетина на скулах. Невзгоды и риск в этом путешествии заставляют задуматься о доверии людям и важности беседы при движении....
Разве вы ничего не знаете?! Радио не слушаете?! Телевизор не смотрите?!
– Телевизора у нас нет, – пробормотал я, – а радио… на трассе плохо ловится.
– А-а, ну так знайте, что три дня назад во время этапирования из одной спецклиники в другую, совершил дерзкий побег опасный преступник. С головой у него полный абзац, он жесток и чрезвычайно опасен! Его перевозили из одной психушки в другую. Он напал на конвой, задушил двух охранников и сбежал! Он силён как зверь, тормозов у него нет, а убивает псих именно так – душит жертв тем, что под руку попадётся! Так что езжайте себе, уважаемые миссионеры, и будьте осторожны в пути! – Лейтенант снова налил себе воды и начал пить.
Я смотрел, как ходит его кадык. И Элка смотрела. Потом мы перевели взгляд друг на друга, и я понял, что думаем мы об одном и том же.
– Скажите, а как выглядит этот сумасшедший преступник? – сорвавшимся вдруг на фальцет голосом, спросил я лейтенанта.
– Высоченный парень, вроде вас. Молодой, тридцать три года…"
"– Волосы тёмно-русые, нос прямой, глаза серые, телосложение атлетическое… – продолжил я.
– Ты с ума сошёл! – перебила меня Беда. – Это не он!
– Как зовут преступника? – спросил я лейтенанта.
– Коростылёв Андрей Викторович, кличка Слон. А откуда вы…
– Ну вот, это не он! – вскочила Беда. – Я же говорила!
– Документы на Никитина он мог украсть. Теперь понятно, почему у него не было никаких вещей!
– О чём это вы? – без особого любопытства спросил лейтенант.
Я коротко рассказал ему о своём попутчике, о пропаже сотовых телефонов, о драке на автобусной остановке и паспорте, который показал мне Дэн.
– Повезло вам, ребята, что живы остались, – вздохнул он и тоскливо посмотрел на графин, в котором не осталось воды.
– Чёрт, – пробормотал я, чувствуя, как спина покрывается холодным потом. Мысль, что я подвергал опасности жизни вверенных мне людей, привела меня в ужас.
Беда стянула с носа очки и задумчиво стала протирать их полой моей рубашки.
– Странно! – сказала она.
– Слушайте, а не вы ли написали вот эти вот книжки?! – Наконец-то лейтенант заметил сходство лица на обложке с Элкиным.
– Да, я пишу детективы. Мария Ивановна, которую задушили, была моей поклонницей, – вяло отреагировала на свою узнаваемость Элка.
– Возьму, поищу на досуге знакомые буквы, – улыбнулся лейтенант и спрятал одну книжку за пазуху.
– До свидания.
