Прямо перед ней маячил встревоженный лоб, где-то в серых тенистых краях. Изабелла чувствовала себя подчеркнуто неуместной и невинно обиженной среди этого круглого стола из зажиточных дам и упрямых мужчин. Аромат фиалок напоминал ей о том, что она — леди второго сорта, настолько подавляемой своей социальной низостью, что даже в этом мире моды и придворного шума ее замечают лишь как приветствие....
Я тронулась с места и покатила к виднеющейся впереди лестнице. Коляска бесшумно ехала по каменным плитам, Олаф на всякий случай подстраховывал, придерживая спинку, а Давенпорт безмолвно шел следом, и от его высокой фигуры исходило едва ощутимое неодобрение. Я чувствовала, что опекуну не по душе внезапная прогулка, и пыталась понять, почему. Но это было лишь одно из целого вороха недоумений, которые теснились у меня в голове.
Я смотрела по сторонам, разглядывала обитый темными деревянными панелями холл, лестничные пролеты, уходящие вниз и вверх, и не могла понять, почему за пределами спальни Изабеллы все выглядит так, словно этот дом когда-то знал лучшие времена, но сейчас пребывает в полном запустении.
— Лорд Давенпорт, а отчего все вокруг такое ветхое? — не удержавшись, спросила опекуна.
— Этому особняку довольно много лет, и за последние пять десятилетий здесь почти ничего не меняли, — ответил тот.
— Почему?
— Ваша тетя не любила впустую тратить деньги.
— Да? Что ж, понятно.
На самом деле, у меня было что сказать насчет экономности старой хозяйки, но коляска подъехала к лестнице и остановилась, а я задумалась, что делать. Пандуса-то нет. А ступеньки довольно высокие, креслу их не преодолеть.
— Давайте, я помогу, — вызвался Олаф.
Он поправил мою руку, накрыв ею рычажок, и сказал:
— Представьте, что медленно спускаетесь вниз.
Я посмотрела на длинный лестничный пролет и засомневалась. Слишком крутой спуск. Если упасть — точно костей не соберешь.
— Не бойтесь, миледи, — уговаривал меня мастер.
А я боялась. Боялась — и все тут. Кто ее знает, эту магию? А вдруг она не сработает, и я грохнусь с пятиметровой высоты прямо на каменные плиты? Один раз Белла уже упала. Где гарантия, что это не повторится снова?
— Закройте глаза и представьте, что спускаетесь ногами, — терпеливо посоветовал Олаф.
— Белла, если ты не готова, давай вернемся в комнату. Наверное, еще рано, тебе нужно окрепнуть.
Давенпорт посмотрел на меня своим нечитаемым взглядом, а меня словно подкинуло.
«Хватит трусить, Динка! Представь, что просто спускаешься по лестнице, и вперед».
Я опустила веки, снова нажала рычажок и «пошла» по ступеням. А когда открыла глаза, поняла, что кресло, не касаясь, скользит по лестнице и уже миновало почти целый пролет. Олаф подстраховывал меня, придерживая спинку, колеса чуть поскрипывали, Давенпорт с хмурым видом шел рядом.
