Прямо перед ней маячил встревоженный лоб, где-то в серых тенистых краях. Изабелла чувствовала себя подчеркнуто неуместной и невинно обиженной среди этого круглого стола из зажиточных дам и упрямых мужчин. Аромат фиалок напоминал ей о том, что она — леди второго сорта, настолько подавляемой своей социальной низостью, что даже в этом мире моды и придворного шума ее замечают лишь как приветствие....
Глупость, конечно, но что, если для Лукаса это все же окажется важным?
— Так что, как видишь, я не настоящая леди. Скорее, леди второго сорта, этакая обманка в чужой оболочке, — закончила я, а Хольм серьезно посмотрел мне в глаза и сказал:
— Это ничего не меняет. Для меня ты всегда будешь самой лучшей леди на свете, ведь ты — моя катани. Моя любимая, моя единственная, моя жена.
Он обнял меня, посмотрел в глаза и добавил:
— Зато теперь понятно, почему ты услышала мой зов. И почему я не реагировал на настоящую Изабеллу.
— Значит, я твоя пара?
— Ты — иномирянка. А иномирянка может стать истинной парой для любого оборотня. Желанной женщиной, той, что не сравнится ни с одной другой.
— Подожди, а как же Рогнеда? Она действительно твоя пара?
Я почувствовала, как больно сжалось сердце. И тут же разозлилась на саму себя. Ни за что не отдам Лукаса. Он — мой и только мой. И я не позволю забрать его ни Рогнеде, ни кому-то другому.
— У меня был выбор. И я его сделал. Я и мой зверь. Мы выбрали тебя, — твердо сказал Хольм.
— А Рогнеда сможет построить пару с кем-то еще? Или она так и будет тебя любить?
— Нет. Сложно объяснить, — Лукас посерьезнел.
В глазах Лукаса вспыхнули яркие желтые огоньки, и я почувствовала, как в душе все откликнулось на этот свет жарким счастьем.
— Знаешь, только сейчас я понял, что все, что испытывал раньше, даже близко не похоже на то, что ощущаю рядом с тобой.
— И тебя не смущает, что я не волчица?
— Нет.
