Прямо перед ней маячил встревоженный лоб, где-то в серых тенистых краях. Изабелла чувствовала себя подчеркнуто неуместной и невинно обиженной среди этого круглого стола из зажиточных дам и упрямых мужчин. Аромат фиалок напоминал ей о том, что она — леди второго сорта, настолько подавляемой своей социальной низостью, что даже в этом мире моды и придворного шума ее замечают лишь как приветствие.
— Что с лордом Хольмом? У него ведь обычный перелом, так откуда тогда эти обмороки?
Я вопросительно уставилась на Давенпорта.
— Похоже на действие магии, — неохотно ответил опекун и нахмурился. — Видимо, сработал какой-то артефакт. Что-то вроде защитного проклятия, или заклинания обездвиживания. Это моя вина. Я должен был подумать о том, что в вещах твоего деда могут быть поделки, опасные для посторонних. Хотя…
Он не договорил.
— И что теперь?
— Постараюсь свести действие проклятия на нет. Надеюсь, получится.
Давенпорт глядел на Лукаса, но говорил словно сам с собой. А потом посмотрел на меня, и в его взгляде мелькнуло недоумение. Казалось, опекун удивился тому, что обсуждает подобные вещи со своей воспитанницей. Правда, уже в следующую секунду он нахмурился, и твердо произнес:
— Тебе пора отдыхать, Белла.
И не успела я возразить, как он дернул шнур звонка и велел прибежавшей на зов Присси:
— Помоги миледи спуститься вниз и проследи, чтобы она поела и устроилась в комнате леди Летиции.
А на мою попытку возмутиться опекун свел брови и твердо сказал:
— Это не обсуждается.
И такая непоколебимая уверенность прозвучала в его голосе, что я сочла за лучшее подчиниться. По большому счету, я действительно ничем не могла помочь Лукасу, и оставаться в спальне не было никакой необходимости. К тому же, я и так слишком далеко отошла от образа Беллы, не стоило давать Давенпорту очередной повод для ненужных размышлений.
Молча развернувшись, направила коляску к выходу, но у самых дверей не выдержала и оглянулась на Хольма. Оборотень неподвижно лежал на постели, его профиль резко выделялся на фоне светлой стены. Все-таки удивительный мужчина. Даже без сознания он не кажется слабым и беспомощным. Понять бы еще, что за артефакт лишил его сил. Похоже, домик Бернстофов — то еще местечко. Сплошные тайны и ни одной разгадки.
«Хватит пялиться на Хольма. Он хам, грубиян и бабник» — напомнил внутренний голос.
Ну да, все так и есть. Но ведь какой обаятельный! Даже когда рычит.
— Миледи.
Присси открыла дверь и нетерпеливо переступила с ноги на ногу.
Я отвернулась и выехала из спальни.
Глава 6
Внизу было шумно. Служанки, громко переговариваясь, разбирали завалы в кабинете, но стоило мне появиться на пороге, как женщины тут же смолкли, и принялись с удвоенным рвением раскладывать вещи по полкам.
Я наклонилась и подняла с ковра красивую резную шкатулку. На темном, тщательно отполированном дереве поблескивал странный позолоченный знак.
