В приемном зале академии царит напряженная тишина, словно гигантский альбوم с дымящимися страницами. Шествует впереди едва заметный силуэт - девочка в одежде из тонкой шерсти, преобладающая в серебристых тонах, родовые цвета которой — черные и золотистые.
— Я… я постараюсь оправдать ваше доверие, госпожа. И я… я буду вам верна.
— Знаю, — кивнула Ленайра. — Его светлость рассказал мне некоторые подробности твоего появления у нас в доме. Скажи, было страшно?
Лисана не стала оправдываться, как-то восхвалить себя или принизить. Просто кивнула.
— Я всегда уважала папу и была против того, чтобы он принял ту должность. Чувствовала, что что-то не так. А он тогда сказал, что кто-то должен разгрести весь мусор и если не он, то кто тогда? Я потом часто вспоминала его слова.
— Я понимаю. Это было больно, обвинять отца во всех преступлениях, зная, что он невиновен.
— Да. Но мне поверили. Именно потому и допустили до открытого суда. Я не очень хороший маг, но на клятву правды меня хватило.
— Ты наложила ее на себя?
— Да. И рассказала, как все было. Но отца все равно осудили, зря старалась. Я надеялась, но все равно ничего не получилось, — Лисана отвернулась.
Ленайра подошла к ней и слегка хлопнула её по плечу.
— Не зря. Я немного почитала документы суда… дед вчера дал. Внимательно не смотрела, но поняла, что твоего отца не оправдали бы ни при каких обстоятельствах, слишком много больших чинов оказалось завязано в том деле.
— Значит, он так и останется преступником, — Лисана сгорбилась.
— Нет. Понимаешь, Лисана, дочь преступника не может быть служанкой в доме Древнего Рода. Пусть дети за грехи родителей не отвечают, но не в этом случае, слишком серьезные обвинения.
Лисана резко повернулась, смахивая слезы.
— Но…
— А если мой дед, несмотря на все, взял тебя, значит, он намерен разобраться в деле твоего отца. Он мне вчера сам сказал, что отправил кое-какие документы в имперскую службу безопасности.
