В приемном зале академии царит напряженная тишина, словно гигантский альбوم с дымящимися страницами. Шествует впереди едва заметный силуэт - девочка в одежде из тонкой шерсти, преобладающая в серебристых тонах, родовые цвета которой — черные и золотистые.
И вот сегодня с утра ожидал Ригена в кабинете. Слуги уже приготовили столик с легким завтраком, на переносной жаровне стоял чайник.
Риген был как всегда точен и ровно в восемь вошел в кабинет. Благодарно кивнув на приглашение к столу, устроился на стуле, взял чайник, налил из него кипятка и всыпал в стакан ложечку размягченной заварки. Перемешал и задумался.
— Как прошла проверка? — не выдержал Велоэн.
— Знаешь, твоя внучка меня пугает. Честно. И дело даже не в ее силе, хотя я, признаться, поражен. Страшно представить, насколько она возрастёт, когда девочка найдет себе концентратор… кстати, почему ты не закажешь его для нее? Обычные я понял почему не подходят, но ведь на заказ можно сделать.
Велоэн пожал плечами.
— Я предлагал, но она отказалась. Сказала, что уже нашла мастера и заказала, просила только деньги дать.
— М-м-м… и тебя это не насторожило? Извини, но мастеров-артефакторов такого уровня, которые смогут справиться с ее заказом можно по пальцам руки пересчитать. А ты даешь деньги и даже не интересуешь кто этот таинственный мастер? Сколько, кстати, она попросила?
— Четыреста пятьдесят империалов.
— Всего? — удивился Риген. — И что за эти деньги можно сделать? Да ни один уважающий себя мастер даже оправу не возьмется изготовить за такую мелочь.
— И, тем не менее, у меня есть причины ей верить. Ленайра не производит впечатление легкомысленной особы.
— Это точно, — нахмурился Риген.
— В любом случае, рано или поздно она покажет мне, на что потратила деньги.
— На мече?
— Судя по форме расположения рун на бумаге, Ленайра заказала в качестве концентратора легкий меч. Что за мастер способен нанести руническую вязь такой сложности, я представить не могу.
Риген помолчал, покачивая стакан, отхлебнул.
— И это за четыреста пятьдесят империалов?
— Причины верить внучке у меня есть, — повторил Велоэн, интонацией показывая, что дальше на эту тему говорить не намерен.
— Ну смотри, тебе виднее, конечно.
— Конечно. Так что ты там говорил о бое? Что тебя напугало?
— Ее спокойствие. Велоэн, прости, но это ненормально в ее возрасте! Что бы она там не пережила шесть лет назад… прости.
— Ничего. Сейчас мне важно твое мнение как постороннего человека.
