В холодной тьме Хелстурмат, Рейна уверенно вела группу мальчиков сквозь запах рыбного рынка. Андерс стремительно бежал за ней, пригибаясь от женщин с корзинами рыбы, когда их ледяное дыхание окутывало толпу. За углом Рейна сворачивала, догоняя быстрых пони, и Андерс выкрикивал прерывистые инструкции, пытаясь удержать ее на маршруте....
— В основном солдата, — ответила Лисабет. — Но Виктория хочет стать врачом.
Виктория подняла глаза и раздраженно сморщила нос, будто какая-то великая тайна была раскрыта. Рядом с ней Сакариас закатил глаза, затем быстро остановился, как раз перед тем, как она посмотрела в его сторону.
— Стая и лапы, я перестану болеть, если ты мне скажешь, — пообещал он. — Боюсь, что нет. Из тебя вышел бы отличный медик."
"Это, казалось, ей понравилось, и она кивнула, возвращаясь к еде и соблаговолив присоединиться к разговору.
— Некоторые взрослые здесь вовсе не волки, а наши медики, повара и тому подобное. Но нам все еще нужны волки с такими навыками. В конце концов, я не могу взять с собой в патруль врача-человека.
Опять это слово — человек. Андерс кивнул и попытался вобрать в себя каждое новое имя и лицо, каждую новую работу и информацию. Все, что угодно, могло стать частью головоломки, которую он должен был решить. Помочь ему мог кто угодно.
Несколько мгновений спустя голос Сакариаса вернул его в настоящее.
— Так откуда же ты все-таки?
— Откуда? — Андерсу потребовалось несколько секунд, чтобы повторить его слова, и он с болью осознал, что, как всегда, ждал ответа Рейны. Но на этот раз он должен был сделать это сам.
— Откуда, — уточнила Виктория, тряхнув гладкими черными волосами. — Я из западной части Холбарда. Что насчет тебя?
Что ж, эта информация определенно прояснила подозрения Андерса… в Вест-Сайде находилась модная закусочная дамы Санчео, где Андерс и Рейна перестали воровать, потому что слишком сильно выделялись в своей залатанной одежде.
— Ее мать-врач, — весело сообщил Сакариас с полным ртом баранины и подливки. — Необычно, правда? Но когда Виктория станет медиком, она будет лечить волков и людей, так что она будет вдвойне привлекательна. — Он потянулся мимо нее за другим куском хлеба. — Если, конечно, она выживет и будет жить с нами в одной комнате. Это будет очень близко.
— Заткнись, Сакариас, — сказала Виктория, поднимая одну руку, чтобы положить внутреннюю сторону запястья на макушку, и щелкнув пальцами по затылку.
На мгновение Андерс был озадачен этим жестом, но затем понимание встало на свои места. Она небрежно подражала тому, как раздраженный волк откидывает назад уши, используя язык тела волка даже как человек. Как он это понял? Он только что преобразился.
— Я из деревни недалеко от западного побережья, называемой Литтл-Далвен, — сказал Сакариас, не замолкая ни на секунду, но, по крайней мере, отвлекаясь от Виктории.
