В темноте яркими проблесками подсвечиваются номера телефонов именами знакомых людей. Сцена бизнес-тренингов вдруг кажется нереальной, когда ты вынужден встречаться с каждым из них снова и снова. Это "Легенда о розе. Цена предательства" — где каждый звонок может стать последним....
Отогнав наш Мерс подальше от перекрестка, Вадик паркуется на обочине, и Лева выскакивает из машины.
- Ирма Сергеевна, оставайтесь здесь, пока я не вернусь!
- Хорошо.
Медленно приняв сидячее положение, я оглядываюсь по сторонам. Ничего подозрительного, но Лева с оружием в руках обходит машину по кругу.
Вадик тоже достает ствол.
Обняв плечи холодными пальцами, я всматриваюсь в заднее стекло. Где-то там, на трассе Алекс.
Но вскоре я вижу и наш бронированный джип, и мою машину сопровождения.
Они останавливаются позади нас, из Хамера выходит Грозовой, перебрасывается парой слов с Левой и открывает заднюю дверь.
- Алекс… - выдыхаю, не сумев сдержать счастливой улыбки.
- Ирма Сергеевна, пересядьте в другую машину.
На лице ни одной эмоции, взгляд ровный, тон официальный. Разлившаяся в моей груди радость приобретает горьковатый вкус.
- Хорошо, - бормочу по нос, выбираясь наружу.
Бросив взгляд на оставленный на заднем сидении букет роз, закрываю дверь.
- Кто это был? – спрашиваю, устраиваясь в джипе, - они, правда, нас преследовали?
- Да.
Сверлю взглядом короткостриженный затылок Грозового, его висок и крепкую шею, понимая, как до безумия я по нему соскучилась.
- Что им надо было?
- Шумовские. Видимо, решили напомнить кое о чем.
- О чем? – зная ответ, все же негромко спрашиваю я.
Алекс не отвечает, набрав кого-то в телефоне, начинает тихо переговариваться.
Из этого становится понятно, что это Антон Шумов огрызается. Не может простить налет на свой кабак, когда у него из-под самого носа умыкнули заложника.
Снова виновата я.
Остановившись у большого гаража во дворе нашей усадьбы, Алекс выходит из машины и по привычке открывает для меня заднюю дверь. Помогая выйти, правда, держит не ладонь, а локоть.
- Что будет теперь?
- Думать надо.
Нервно поправляя на себе одежду, иду за ним, как привязанная. Ловлю ноздрями запах оставляемого им шлейфа.
- Алекс.
Поднявшись на террасу дома, он останавливается и разворачивается ко мне.
- Что?
- Мне в центрах кто-то пакостит… наверное, Антон.
Грозовой хмурит брови. Спрятав руки в карманы брюк, смотрит на меня сверху вниз. Я тоже закладываю руки в карманы, но интуитивно встаю так, чтобы мое плечо касалось ткани его куртки.
