В темноте яркими проблесками подсвечиваются номера телефонов именами знакомых людей. Сцена бизнес-тренингов вдруг кажется нереальной, когда ты вынужден встречаться с каждым из них снова и снова. Это "Легенда о розе. Цена предательства" — где каждый звонок может стать последним....
Не знаю, заметил он это или нет, но все же немного отодвинулся.
Молча сглатываю обиду.
- В чем заключается пакость?
- Налоговая, пожарная инспекция… Вчера санэпиднадзор закрыл два кафе на верхнем этаже.
- Старому говорила?
- Нет, я хотела сама…
- Расскажи ему.
- Хорошо, - вздыхаю я.
- Это все?
Отвернувшись, Алекс направляется в сторону дома, но я окликаю его.
- Подожди… Марк… эмм… Кляйс сказал, что Шумовы знают про новое месторождение и что-то замышляют.
- Откуда он знает? – переспрашивает он быстро, сощурив глаза, впивается в меня взглядом.
- Говорит, Антон ему сам сказал.
- А ты ему что рассказывала?
- Ничего! Алекс, ты же меня знаешь!
Дернувшаяся в усмешке бровь и короткая ухмылка действуют на меня как пощечина.
- Ты за кого меня принимаешь?!
- Успокойся, - говорит он так спокойно, что у меня мелькает подозрение, что эпизод с его усмешкой мне привиделся.
- Ты думаешь, я стану с ним откровенничать?.. У нас не те отношения, чтобы…
- Ваши отношения меня не интересуют, Ирма Сергеевна.
"- Алекс! – шиплю гневно, но он меня уже не слушает.
Развернувшись на сто восемьдесят градусов, заходит в дом и сразу идет в кабинет дяди.
Глава 19.
Глава 19.
- Ирма, зайди ко мне, - говорит трубка голосом дяди.
Сразу после возвращения домой он, Митрич и Алекс закрылись в кабинете и два часа о чем-то говорили. Видимо, зовут, чтобы сообщить, что отныне я под домашним арестом.
Накинув на плечи бабкину шаль, спускаюсь вниз и, свернув в коридор, ведущий к кабинету, неожиданно сталкиваюсь с Катериной.
- Простите, Ирма Сергеевна, - говорит блондинка чересчур угодливо, - задумалась…
Бросив на меня еще один взгляд, быстро уходит в сторону хозяйственных помещений. А я смотрю в ее спину, пока она не скрывается за поворотом.
Я заметила мелькнувшее в ее глазах ехидство. Уже знает, что мы с Алексом расстались.
Отворив дверь, проскальзываю в небольшой зазор и встаю у порога. Дядя, хмурый и злой, сидит в своем кресле и курит сигару.
Митрич занимает стул напротив него. Удерживая в руках квадратный стакан, разбалтывает в нем вискарь.
На стоящем вдоль стены диване сидит Алекс. Опустив взгляд, смотрит на сцепленные в замок свои пальцы.
- Присаживайся, - предлагает дядя, кивая в сторону дивана.
Неслышно ступая по высокому ворсу ковра, я подхожу к Алексу и усаживаюсь в метре от него.
