Женщина ждала восемь лет, чтобы отомстить предателю, втоптавшему её имя в грязь. Когда он наконец вернулся в город, она готова осуществить свой план. Но встреча с прошлым пробуждает чувства, которые казались мёртвыми. Возмездие или прощение — что победит в её сердце?
Прервав его очередной словесный поток, я отключилась, внесла номер в черный список, а затем позвонила Леве и дала четкие указания, чтобы Кляйса даже близко ко мне не подпускал.
Пора учится смотреть правде в глаза. А она заключается в том, что Марком движет только корысть. Если бы у Вали Шумова была дочь, думаю, ее он тоже любил бы."
"Дядя дома почти не появляется. Пока они разгребали последствия того взрыва, наша охрана предотвратила еще одну диверсию уже на другом карьере. Ситуация накаляется с каждым днем. Антон вредит везде, где только можно, не гнушаясь самыми мелкими пакостями в моих центрах и салонах.
Нетронутыми остаются пока ювелирная сеть дяди и мои еще не открывшиеся рестораны. Но, боюсь, это ненадолго.
Осень нынче выдалась ранняя. Еще не облетевшая с деревьев листва приняла на себя удар ледяных дождей и порывистого ветра. Теплых погожих дней совсем мало, но сегодня как раз один из них.
С твердым намерением вывести бабушку погулять, я спускаюсь на первый этаж к Люсе с просьбой приготовить на террасе кресло – качалку и пару пледов.
Преодолев лестничный пролет, сворачиваю в коридор и, бесшумно передвигаясь по ковровому покрытию, вдруг слышу тонкий голосок Катерины. Он доносится из гостевой, где она, вероятно, наводит порядок.
Не знаю, зачем я это делаю, но неосознанно замедлив шаг, начинаю прислушиваться. Похоже, она с кем-то говорит по телефону.
- Он сегодня приедет… да, я вчера с ним по телефону разговаривала…
Алекс? Она же про него говорит?
Приготовившись слушать дальше, я припадаю спиной к холодной стене.
- Кто?.. – смеется с сарказмом, - эта мегера? Да нафига она ему? Ты бы ее видела…
Прикрыв глаза, чувствую, как вскипает в венах кровь. Вне всяких сомнений – речь идет обо мне.
- …ходит как чучело с соплями по колено, кашляет, как ее бабка старая, а как меня увидит – аж зеленеет от злости!..
Сделав глубокий вдох, толкаю дверь и захожу в комнату. Катя застывает на месте. Смотрит на меня широко раскрытыми глазами и безмолвно открывает рот, а из трубки до сих пор доносится чей-то заливистый смех.
Ткнув в экран телефона, трясущимися руками прячет его в кармане передника и хватается за тряпку.
- Разве ты не знала, что болтать по телефону в рабочее время здесь запрещено? – с ледяным спокойствием спрашиваю я.
- Простите, - мямлит невнятно и принимается тереть подоконник.
Сука.
Опускаться до разборок с прислугой я не приучена, но не могу ничего с собой поделать. Меня так и тянет причинить ей какой-нибудь вред.
