В темноте яркими проблесками подсвечиваются номера телефонов именами знакомых людей. Сцена бизнес-тренингов вдруг кажется нереальной, когда ты вынужден встречаться с каждым из них снова и снова. Это "Легенда о розе. Цена предательства" — где каждый звонок может стать последним....
Скользит по стенам, потолку и, наконец, фокусируется на мне.
- Привет, - всхлипываю я.
Поначалу он смотрит на меня без эмоций, словно не узнает. Я склоняюсь ниже, хочу увидеть свое отражение в его глазах, эгоистично хочу реакции.
- Алекс, ты узнаешь меня?
Он медленно моргает. Говорить не дает торчащая изо рта трубка подачи кислорода. Мы смотрим друг на друга, пока меня за плечи от него не отодвигают.
В эмоциях я не заметила, как приборы начали сходить с ума. Начали мигать красными лампочками и визжать без остановки.
- Так, все! Хватит! – строго заявляет Ковалев, выталкивая меня в коридор.
- Что случилось?
- Ему нельзя волноваться, не провоцируй… Иди, спи!
Глава 32.
Глава 32.
Доктора говорят, что стресс для Алекса смертельно опасен, поэтому теперь я прихожу к нему только, когда он спит.
На третий день меня к нему не пустили, объяснив это тем, что он сам об этом попросил. Сказал, что ему нужно время для восстановления.
Я спорить не стала. Попыталась найти в его просьбе хороший знак. Возможно, он не хочет, чтобы я видела его в таком состоянии.
В этот же день я уехала домой. А еще через два дня Алекса перевели из реанимации в палату.
Несмотря на то, что видеться со мной он не хочет, я безмерно счастлива. В каждом телефонном разговоре с лечащим врачом я слышу хорошие новости.
Грозовой идет на поправку, но после лечения потребуется курс реабилитации. По прогнозам это займет не менее полугода, и только после этого он сможет вернуться в строй.
- А куда Катерина делась? – опускаясь в кресло напротив бабки, спрашиваю я.
Новую горничную я заметила несколько дней назад и решила, что ее наняли в помощь Люсе и Кате. Но последняя мне уже давно на глаза не попадается.
- Я ее уволила, - выдает она, пыхнув на меня табачным дымом.
- Уволила? За что?
- Не нравилась.
Я подозрительно щурю глаза. Что-то подсказывает мне, что неспроста это увольнение произошло именно сейчас.
- Че ты зенки пучишь?
- Ты ее из-за Алекса уволила? Ты же знаешь, что они спали?
- На чужой вершок не разевай роток, - стряхивая пепел, отвечает пословицей, - нахрена тебе крыса в твоем же доме?
Я рада, конечно, но как на это отреагирует Алекс? Не подумает ли, что я воспользовалась его состоянием, чтобы избавиться от этой девицы?
- Он про нее даже не вспомнит, - словно прочитав мои мысли, уверенно проговаривает бабушка.
Хорошо, если так. Мне бы не хотелось выглядеть в его глазах хуже, чем я есть на самом деле. Я и так постаралась испортить о себе мнение, теперь уж и не отмыться.
