Женщина должна всегда выполнять указания мужа. Несмотря на всё.
Никто не успел уловить момент, когда тяжёлая, расписанная яркими узорами, ваза с цветами полетела в сторону охотника. Она ударила его в голову и разбилась. Виланд закашлял и стал громко кричать, как разъярённый орангутанг. Его огромные лапы раскидывали мокрые цветы в разные стороны. От ярости он разорвал себе воротник и вырвал несколько пуговиц. Катарина смотрела на него с не меньшей яростью, поддавшись торсом вперёд. Джакуб сразу перегородил свободный проход к ней собой.
–У меня был выкидыш, сын шлюхи! – кричала яростно Катарина и образ невинной жертвы тут же пропал, – У меня развивалась женская болезнь, и всё днями и ночами болело! Я говорила тебе отвести меня к лекарю, а тебе было плевать на это!
После этих слов Виланд расслабился, но злость из его глаз не пропала. Он вспомнил это, но признавать свою неправоту, а тем более извиняться – не хотел. Охотник поправил свои волосы, стараясь не слушать всё, что кричала Катарина.
–Ты – садист, извращенец, и будь моя воля я сделала бы всё, чтобы ты прожил всё, что прожила я! Животные, которых ты убиваешь, человечнее тебя, ублюдок!
Тут Виланд не смог совладать со своими чувствами и напрыгнул на Катарину, игнорируя преграду в виде Джакуба. Старший брат смог оттолкнуть взбешенного бывшего мужа Катарины, где его прижала к стене Мари. В её руке был его же охотничий нож. Тонкое лезвие уже сделало маленький надрез на толстой шее мужчины. Альвиан стоял рядом, скрестив руки на груди. Ноздри бешенного орангутанга выделяли нагретый воздух, который обжигал лицо высшей. Миколас наблюдал за этим со смешанными чувствами внутри.
–Не стоит, – шипела Императрица, – Не успокоишься – этот нож окажется в твоей шее. Смерть будет долгой, Виланд, как у тех зверей, которых ты зарезал. Мучительно, наслаждаясь их предсмертной агонией.
Высшая убрала лезвие только услышав мысли покорного мужчины. Виланд сел на место, несколько раз небрежно сплюнув на пол. Миколас хотел высказаться, но промолчал, боясь, что этот зверь вновь захочет почесать свои лапы о чьи-нибудь кости. Катарина села на своё место, обдумывая всё, что только что увидела. Она не ожидала, что кто-то, помимо её брата, станет заступаться за неё. Ненависть в глазах Мари удивила её, и женская интуиция подсказывала юной девушке, что новая Императрица держит в себе что-то схожее с чувствами Катарины. Она запомнила эту мысль, чтобы позже спросить высшую об этом.
Хозяин дома любезно пригласил всех за стол, надеясь, что все скандалы позади, и новых сюрпризов от гостей ждать не придётся. Виланд попрощался со всеми, сославшись на накатившее недомогание. Никто не хотел его держать.