Альвиан думал собираться в Прагу сразу после ужина, но высшая разделяла состояние ушедшего охотника и хотела остаться хотя бы на ночь, чтобы прийти в себя.
Беловолосый мужчина стоял в небольшом поле за Нанси рядом со своей Фыртыной. Его тяжёлая рука гладила шелковистую гриву, иногда заматывая тонкие прочные волосы в завитки. В голове высшего проскальзывали отрывки из коронации. Его беспокоило состояние Отакара. Король Чехии уже был в своём замке, и как на зло, Альвиан не слышал его мысли. Это раздражало. Из-за этого все мысли текли в чёрное русло, где вычурные образы, как рыбы, выпрыгивали из этого русла в сознание Альвиана. Ещё и состояние Мари не радовало высшего. Только сейчас он подумал о том, что на самом деле силы, которые сейчас есть у него, не такие и полезные. А он – не такой и всемогущий. Он мог бы всех контролировать, чтобы всё было хорошо, но… это будет не жизнь, а игра самого высшего. Да и смог бы он?
Животное забеспокоилось и забило копытами. Фыртына заставила Императора забыть о своих мыслях и заняться успокоением своего скакуна. Осмотревшись вокруг, Альвиан понял, что стоял посреди поля достаточно долго. Так долго, что небо покрылось тёмной пеленой из бесконечного числа сияющих слёз Луны.
–Ваше Величество решило уединиться? – раздался смеющийся голос Джакуба позади.
–Может быть, – Альвиан не ответил на радостные нотки друга взаимностью, – Иногда полезно привести свои мысли в порядок.
–Мари рассказывала, как ты ушёл под воду, чтобы «привести мысли в порядок». Ты – безумец.
–Ты должен был это понять, когда планировал кражу кристалла, – тут высший засмеялся и посмотрел на Джакуба, который встал рядом с ним, – Как там Катарина?
Джакуб закивал головой:
–Всё наконец-то хорошо. Я думал, что такое может случится только во сне.
–«Верь и дано тебе будет», – процитировал беловолосый.
Они смотрели на небо, думая каждый о своём. В воздухе уже ощущалась приближающаяся весна. Её тёплые объятия и дыхание новой жизни, которое ждали с самого начала зимы. Скоро всё зацветёт, люди наполнятся энергией, любовью, солнце станет светить ярче, а ночь вновь станет скрывать сбежавших влюблённых в своих тёмных крыльях.
–Я рассказал Катарине о вас, – вдруг начал Джакуб, – И знаешь, она…будто не удивилась этому. Будто догадывалась с самого начала.
–Эти прекрасные создания не перестают удивлять нас, а? – они засмеялись, соглашаясь с этим, – Поэтому их стоит беречь.
–Точно. Только, Альвиан, – беспокойство заиграло в голосе советника чешского короля, – У меня странное чувство насчёт этого. Когда я увидел реакцию Катарины, мне показалось, что я сделал это зря.
–Что ты имеешь в виду?
–Вдруг об этом узнает отец? Катарина всегда рассказывает всё ему несмотря на то, что он – причина её страданий.