Зимний лагерь Первого Парфянского легиона в провинции Сирия, девятьсот девяносто второй год от начала Рима. Утро прохладным зимним утром когда только-только появившееся над скалами солнце окрашивает мир в нежные розовые тона. Лагерь был структурирован по стандарту: прямоугольник стен, четыре ворота и сторожевые башни....
— Как бы эта встреча не закончилась скверно!»
В голосах благородных римлянок отчетливо прослеживалась давняя неприкрытая вражда.
Рука невольно потянулась к спате… Чисто рефлекторное движение, не укрывшееся от взгляда императрицы. И от глаз ее гвардейцев, разряженных павлинов… Но с боевым оружием и, наверняка, отменными навыками его применения.
— Однако отложим дела семейные ради дел государственных! — с неожиданной бодростью воскликнула «императрица». — Я вижу перед собой не только малышку Корнелию, но и любимца двух императоров Геннадия Павла Кальву! Скажи мне, благородный муж, что заставило тебя предать своего принцепса?
Черепанов растерялся.
— Молчишь? — с удовлетворением произнесла мамаша императора. — Полагаю тебе нечего сказать!
— Что я могу ответить на бессмысленную ложь? — недипломатично ответил Черепанов.
Если роковая красавица решила его покарать, то сделает это в любом случае. Подобным женщинам плевать на доводы и логику. Они видят мир таким, каким хотят видеть.
— Молчать! — резкий, визгливый крик стегнул по ушам. — Вор и изменник! Взять его!
Преторианцы только этого и ждали. Вокруг Геннадия сразу стало тесно.
— Сопротивляйся, — негромко произнес крепыш в форме гвардейского кентуриона. — Нам приказано убить тебя, если ты будешь окажешь сопротивление. И, поверь, я сделаю это с удовольствием!
— А что так? — спросил Черепанов, безропотно позволив забрать его меч.
— Префект Сабин был моим дядей.
— Я?! — Искренне удивился Черепанов.
Сабин был человеком Максимина Фракийца. И жаждал крови детей Гордиана Второго. То бишь жены Черепанова Корнелии. И нынешнего императора. А отнять у него Корнелию Геннадий бы не позволил никому. Но он не убивал Сабина. Он просто ушел из Рима. Вместе с супругой. И своим легионом. Надо же, как всё закручено! Офицер-гвардеец императора обвинил его в том, что он не дал этого императора взять в заложники.
— Завтра он будет казнен! — Ну до чего же противный голос у этой сучки, императрицы. — А тебе, доченька, я велю не покидать Рима! Не хочу, чтобы ты упустила такое зрелище!
— Ты не посмеешь! — воскликнула Корнелия.
— Не сомневайся! В темницу преступника!
— Кора, не спорь с ней! — по-русски крикнул Черепанов, когда его поволокли из тронного зала. — Найди Алексея и всё ему расскажи! Он что-нибудь придумает!
Конечно, он что-нибудь придумает.
