В шатре на Северном Кавказе под холодным ноябрьским небом кипела атмосфера заговора и риска. Подполковник ФСБ Николай Гришин чувствовал себя неуверенно, будто он один из волков, зная дорогу к стаду. Раннее утро с его ледяной прохладой и теплочайкой внутри машины создавали неприветливую атмосферу замеса....
Больше полутора тысяч чеченских боевиков, танки, артиллерия, реактивные установки плюс помощь из Веденского района и близлежащих населенных пунктов, где были сосредоточены мобильные отряды «духов» общей численностью в пятьсот «штыков».
Тогда здесь хорошо поработала наша авиация, точными ударами с воздуха уничтожая опорные пункты, коих насчитывалось больше пятидесяти, склады вооружения и боеприпасов, бронетехнику, автомобили, живую силу противника. И по сей день видна кое-где работа русских асов.
А Николай Гришин до сей поры не мог понять, почему выбор пал именно на него, начальника направления 1-го отдела УБТ [1].
Дроновский попал в плен три месяца назад, а шумиха вокруг него разгорелась такая, что, по мнению начальника УБТ, благословившего подчиненного на командировку в Чечню, заложник просидел в зиндане по меньшей мере год. И все стараниями небезызвестного предпринимателя Бориса Кесарева, вооруженного средствами массовой информации, где трудились подконтрольные ему «санитары», в свою очередь вооруженные телекамерами и перьями. Они раздули вокруг «кавказского пленника» грандиозный скандал: офицер старшего состава МВД в плену, а силовые органы не чешутся, словно это не их коллега сейчас подвергается пыткам и мучениям чеченского плена.
Как-то убого, однобоко, даже в ущерб себе писали газетчики, напрочь забывая, что, кроме полковника милиции, в плену томятся еще сотни российских граждан. В свете похищения Дроновского остальные пленники отошли на последние рубежи, были «сосланы» в низшую касту париев. Ведь писать о них – только бумагу марать. Не выделишь среди них ни одного, только в тысячной массе своей они производили какое-никакое впечатление на многомиллионную аудиторию.
"Гришин думал о своем начальстве в неприглядном свете. Руководство госбезопасности пошло на позорное соглашение с Кесаревым, который предложил внести выкуп за милицейского полковника и прекратить информационную шумиху, которую он сам и раздул. Добился своей цели, размышлял Николай Григорьевич, даже ценой «дипломата» с деньгами? Несомненно.
