В шатре на Северном Кавказе под холодным ноябрьским небом кипела атмосфера заговора и риска. Подполковник ФСБ Николай Гришин чувствовал себя неуверенно, будто он один из волков, зная дорогу к стаду. Раннее утро с его ледяной прохладой и теплочайкой внутри машины создавали неприветливую атмосферу замеса....
– Я представляю консультационную фирму, головной офис находится в Германии…
Сейчас в конторе сложилась, по мнению журналиста, нестандартная ситуация, и Гришину пора бы вмешаться. Ключом стали слова Алексея не о легальности конторы, разумеется, а о намерениях ее учредителей. В противном случае Щедрин отфутболил бы Марка согласным кивком: «Дурилка – ты прав. Готовлю материал для репортажа». Собственно, Алексей, работая теперь на два фронта и не зная, чью сторону принять, уже передал Гришину зашифрованное сообщение: мол, меня узнали, но человек стоящий.
А Марк своим «несанкционированным вторжением» в контору вызвал на лице Алексея изумление и растерянность.
Щедрин надеялся и боялся одновременно, что в конце конторы откроется дверь, выпуская человека с военной, как и у Марковцева, выправкой, чем-то похожего на немца. Высокого блондина с правильными чертами лица.
Нет, он останется на месте, задавая очередной вопрос, подумал Алексей. Гришин – настоящий профи и постарается не шелохнуться в секретной комнате, дабы не выдать себя нечаянным шумом. Поскольку «маячок» от журналиста он принял и, как Марковцев, анализирует сложившуюся ситуацию.
Щедрин продолжал анкетирование:
– Почему вы ушли со службы?
– Времена поменялись. Я и раньше побеждал – но вот меня стали ненавидеть за мои победы.
– Ваш военный профиль? – деловито опрашивал Щедрин. И Марк не мог не заметить, что Алексей успокоился. Почти успокоился.
– Диверсионно-разведывательные мероприятия.
– Звание, должность?
– Подполковник. Командир батальона. – Пока все шло нормально. Журналист не подал ни одного знака.
– Ну что ж, Сергей Максимович, считаю, вам повезло.
– Правда?.. Тогда почему мне невесело? – Сергей усмехнулся своим мыслям: «Если мне повезло при скрытом наблюдении на второй день побега, то, чтобы почувствовать себя неудачником, нужно позировать перед «волчком» в тюремной камере».
А пока он отвечал по существу вопроса о профиле своей работы: захват, уничтожение самолетов, аэродромов и баз противника.
