В шатре на Северном Кавказе под холодным ноябрьским небом кипела атмосфера заговора и риска. Подполковник ФСБ Николай Гришин чувствовал себя неуверенно, будто он один из волков, зная дорогу к стаду. Раннее утро с его ледяной прохладой и теплочайкой внутри машины создавали неприветливую атмосферу замеса....
Потом наблюдение сняли, поскольку объект из дома ни разу не вышел. Еще день-два, предположил Гришин, и Савицкая начнет посещать рестораны, кафе, супермаркеты, то есть потихоньку возвращаться к прежней жизни.
– Жди меня пять минут, – распорядился Марк на случай, если Элеоноры дома не окажется, – и езжай на работу.
«На работу!» – выругался журналист, потерявший независимость. Вот еще один напарник, уверенной походкой удаляющийся от машины, тоже не пренебрег инструкциями. Помыкают все кому не лень.
Четырехкомнатная квартира Савицкой общей площадью зашкаливала за полтораста метров.
– Я хочу поговорить с твоей хозяйкой.
Марковцев акцентировал последние пару слов, давая понять личному телохранителю Савицкой, что тот никто, котлета на палке, что отказать он сможет, лишь переговорив с хозяйкой.
– Передай Элеоноре, что я по поводу здоровья Бориса Леонидовича.
Марку не подходило определение – спортивного телосложения, он как был, так и остался человеком с военной выправкой. Скорее, эта деталь ускользнула от внимания охранника, тем не менее он несколько секунд рассматривал гостя."
"– Подождите здесь, – буркнул он, скрываясь за массивной металлической дверью.
Он появился ровно через полминуты.
– Назовите себя.
– Фотокорреспондент Шариков.
Телохранитель ухмыльнулся, откликнувшись на шутку:
– Не против, если я обыщу вас на предмет фоторужья?
– Давай, сынок, обыскивай.
– У вас пять минут, – предупредил парень, сделавший еще одну ходку в недра роскошной квартиры с докладом. – И не приближайтесь к хозяйке ближе чем на пять метров.
– У нее инфекция или?..
– Или, – отрубил парень. – Проходите.
Глядя на шагнувшего в комнату человека, Элеонора позволила себе усомниться относительно его профессии. Хоть с ног до головы увешай его фотоаппаратами. Как раз в это время и проявился ее интерес к нему.
– Чем вызван ваш интерес к самочувствию Бориса Леонидовича?
«О-о», – длинно протянулось в голове Сергея. Он вспомнил вдруг Маринку-»афинку» и невольно сравнил ее с Элеонорой.
