– Выдумаете, не надо было ей звонить?
– Ты взрослый человек, – пожала плечами Регина, – как я могу за тебя думать? Так что же Полянская? Как она отреагировала на твое сообщение?
– Она… – Катя вдруг густо покраснела, вспомнив, что почти нарушила Регинино условие, упомянула ее в разговоре с посторонним человеком. Имени, правда, не назвала, но все-таки…
– Эй, что ты покраснела, как помидор? – спросила Регина с улыбкой. – Про меня, наверное, сболтнула? Признавайся, бить не буду.
– Нет, я про вас ничего не говорила! Я только текст прочитала и спросила, верит ли она тоже, как все, что Митя сам…
– Ну и как? Верит?"
"– Во всяком случае, она не считает, будто мои подозрения – полнейший бред, будто я все это под наркотиком напридумывала. Собственно, она не успела ничего особенного сказать в ответ, я услышала звонок и пошла вам открыть дверь.
Кате вдруг стал неприятен этот разговор. Ну зачем столько подробностей? Разве интересно, кто что сказал? Вот и Полянская спрашивала о Регине Валентиновне, а теперь – наоборот. Ерунда какая-то… Прямо будто выпытывают что-то, и та, и другая. Разве это имеет сейчас значение? О Мите надо говорить, и только о нем. Что может быть важнее его смерти? Ведь так мало времени прошло и столько всего неясного…
– Я, собственно, почему приехала, – спохватилась Регина, ~ достала для тебя хорошее лекарство, оно уже неделю лежит у меня. Я замоталась, дел было много. А когда ты позвонила, я вспомнила. Это новый американский препарат, он разработан специально для таких, как ты. По ощущениям он дает примерно то же, что морфий, но слабее, конечно. А главное – не вызывает привыкания, то есть он на некоторое время заменит тебе наркотик и поможет вылечиться без кошмарных мучений, которых ты так боишься. Этот препарат мягко адаптирует твой организм, ты постепенно будешь уменьшать дозу, пока не вылечишься совсем.
– Неужели такое лекарство придумали?, – заволновалась Катя. – Неужели возможно завязать, не мучаясь?
– За деньги все возможно, – лукаво улыбнулась Регина.
– ~ Ой, оно, наверное, жутко дорогое…
~ – Ну что ты, деточка, я совсем не к тому сказала про деньги. Я же знаю твою ситуацию, ты у нас неплатежеспособна. Я делаю это не столько для тебя, сколько для себя. Если уж я взялась помочь человеку, то должна довести дело до конца, Иначе я чувствую себя побежденной. А я не люблю этого.
– Господи, Регина Валентиновна, спасибо вам огромное, я даже не знаю, как мне вас благодарить.
– Перестань, пожалуйста! – махнула рукой в тонкой замшевой перчатке Регина и взглянула на часы, слегка оттянув раструб на запястье:
– Сейчас уже очень поздно. Ты первый раз уколешься при мне, я должна видеть, как отреагирует твой организм, чтобы знать дозировку. Так что вот тебе первая порция.