– Ерунда, – улыбнулась в трубку Регина, – я на машине. Диктуйте адрес.
– У нас с Вениамином Борисовичем иногда не совпадают вкусы, – говорила она, сидя на старом диване в убогой двухкомнатной квартирке в Выхине. – Он человек деловой и жесткий. Он не увидел перспективы в ваших песнях, а я все эти дни не могу их забыть. Я так давно и счастливо живу, что вот уже себя не замечаю и, если неожиданно встречаю, не узнаю и в гости не зову.
Она пропела это тихо и точно, с задумчивой улыбкой. Синицын покраснел от удовольствия.
– Неужели вы сразу запомнили наизусть? – спросила худенькая стриженая Катя, переводя восхищенные глаза с гостьи на мужа.
– Как видите, да. У меня хорошая память на талантливые стихи. Их сейчас так мало, а уж в нашем попсовом бизнесе И вовсе нет. Вы мне дадите кассету?
– Да, конечно, с удовольствием, – сказал Митя. А Катя тут же вскочила и побежала в другую комнату. Она вернулась через минуту, у нее в руках была целая коробка кассет.
– Малыш, зачем так много? – смутился Синицын."
"Регина просидела у них часа два, пила дрянной растворимый кофе, говорила о литературе и музыке, о загадочной природе таланта. Она ничего не обещала. Только восхищалась Митиными песнями и сетовала на бездарность современной попсы и на холодный прагматизм своего мужа.
– Проводите меня до машины, Митенька, – попросила она, когда он подал ей пальто в прихожей.
Они вышли в пустой заснеженный двор. Стояла звездная январская ночь.
– Я вижу, у вашей Катюши серьезные проблемы. – Регина старалась говорить как можно мягче и сочувственней.
– Ну, есть некоторые сложности со здоровьем…
– Не надо меня стесняться, Митюша. Я врач, причем именно такой врач, какой нужен вашей жене. Ведь Катя употребляет наркотики.
– Неужели это уже заметно с первого взгляда? – испуганно спросил он.
– Мне – да. Но я специалист. У меня глаз наметанный.
– Это продолжается полтора года. Я пытаюсь бороться, но все без толку. Честно говоря, иногда мне кажется, что это безнадежно.
– Вы ошибаетесь, Митюша. На мой взгляд, пока процесс вполне обратим. Если, конечно, не терять времени.
– Она уже лежала в больнице, и к частным наркологам мы обращались. Это очень дорого, а эффекта никакого.
– Знаете что, – Регина тронула его руку, – я попробую вам помочь. Я поработаю с вашей Катей. Насчет денег не беспокойтесь. Я давно уже могу себе позволить лечить бесплатно. Я всегда чувствую, мой это больной или нет. Берусь только тогда, когда случай кажется мне интересным. И не безнадежным…
– Я не знаю, как вас благодарить, Регина. Валентиновна…
– Идите домой, Митюша. Холодно, а вы в одном свитере, – улыбнулась она, усаживаясь за руль своего темно-синего «Вольво».
За месяц она сумела стать для Синицыных своим человеком.