Автор
Легко на сердце — это драматическая история, где жизнь мастеров ремесел переплетается с судьбой обычного московского квартала в начале века. Гобеленщица и скульпторша изображают разные стороны человеческого сердца, но все вместе они создают потрясающую атмосферу тепла и тревоги в небольшой мастерской....
Но уж точно не страсти-мордасти». И самое главное – здесь, в этом браке, она была уверена, что ее не предадут. Никогда. Как предали однажды…
И эта уверенность многого стоила. Ведь ее почти лишены – причем навсегда, словно вырезали скальпелем, – те, кого уже предавали.
Она даже теперь, по прошествии лет, не могла спокойно думать об этом. Потому что становилось трудно дышать. Подумаешь – история давно забытых дней! Далекая и дурацкая бесшабашная молодость. Первая любовь, которая, как всем известно… редко чем-то оканчивается.
А ей все равно сколько! Потому что эта история – только ее. Ее история и ее боль.
А то, что вышла замуж… Так здесь все понятно: не вышла бы – сдохла. Сдохла, и все, конец.
Праздник! Праздник?
Гости уже вовсю закусывали и выпивали. Здесь, на воздухе, елось и пилось замечательно. Она оглядела пышный стол, кивнула мужу, и он положил ей салат и слоеный сырный пирог.
Наполнили рюмки, и первым, конечно же, слово взял муж.
Гости притихли. Муж кашлянул, улыбнулся, и она увидела, как он волнуется.
Его тост был краток и емок.
– Спасибо Господу за этот подарок – эту женщину, которая мне назначена в спутницы. Спасибо ей, моей женщине, за ее терпение и уважение.
Она приподняла бровь – какое терпение, господи! Уж просто смешно говорить!
Муж поднял кверху ладонь и продолжил:
– Спасибо за дочь.
Все кивали и верили – эта пара считалась образцовой.
– Ну и вообще – за все-все, дорогая. За то, что ты – просто рядом, и все!
Она даже слегка растерялась и чуть покраснела. Смущенно пожала плечом – ну, я понимаю, юбилей. Но ты все-таки слишком преувеличил!
Он замотал головой и улыбнулся – нет, дорогая. Мне-то со стороны, знаешь, виднее!
Он поцеловал ее, она сказала «спасибо», и все зааплодировали и заулыбались.
Потом взяла слово она. Попросила коротко и очень требовательно, так, что и не возразишь:"
"– А вот на этом тосты закончились. Все пьют, едят, веселятся – ну и все остальное. Кому что понравится. А здравицы – ну, не люблю, извините.
Это было чуть резковато, но все облегченно вздохнули: не хочет – не надо! Так еще проще.
И вечер продолжился.
