Вспугнуть, а второй пулей…
Четко стукнула «светка» – пуля ударила между сапог Визе…
– …Разговор есть смысл… – закончить эсэсовец не успел – взвизгнула рикошечущая пуля между сапог, Визе подпрыгнул юным козликом, рука с нацеленным вальтером машинально опустилась… Катрин оказалась рядом, прихватывая кисть с пистолетом, развернулась – мелькнуло искаженное лицо противника – штурмбаннфюрер пытался отпрянуть, но кисть, «сложенная» во внешнюю сторону, уже выпустила оружие. Вальтер еще не успел лязгнуть по булыжникам мостовой, а Катрин со всей силы рванула живую добычу в противоход – к стене. Визе был весьма шустрым индивидом, но легковесным – оторвался от земли и со звоном и треском снес собою переплет окна внутрь строения. У старшего сержанта мелькнула мысль – «перестаралась», ибо летел штурмбаннфюрер как-то растопыренно, да и целил лысоватым лбом точно в переплет. Впрочем, вроде бы вписался в цель, да и разглядывать некогда. Катрин нырнула в окно следом, стараясь не зацепить торчащие «клыки» нижних стекол. За спиной часто колотила самозарядка, затрещали в ответ «шмайсеры»…
…Не мастерская, а кладовая – пустые стеллажи вдоль стен, посредине куча старого кирпича – Катрин ожидала каких-то верстаков с малоприятными «чугунивыми» тисками – а по кирпичам удалось относительно мягко перекатиться. Паршивец Визе уже вскочил на ноги: харя порезана стеклом, но оскал злобен, в руках нож – не армейский, но серьезный. Нет, удивительно шустрый лекарь попался…
– Брось! – посоветовала Катрин, подхватывая увесистый кирпич.
Эсэс хохотнул, прыгнул навстречу. Несомненно, из школы классических фехтовальщиков эсэсовский доктор. Но нож – это тебе не буршевская рапира, да и знать, на кого скачешь, нужно. Клинок был принят на середину кирпичного «щита» – удивиться Визе не успел – получил другим, вполне «бескирпичным» кулаком в ухо. Успел тряхнуть головой, почувствовать, как заворачивают руку за спину. Нож выпал, штурмбаннфюрера несло вперед, едва успевал ногами перебирать…
– Позже, – пообещала Катрин, вбивая пленника в дверь – к счастью, преграда оказалась легкой-фанерной. Снесли преграду, за дверцей мелькнул тамбур и распахнутая дверь во дворик. Штурмбаннфюрер, молодец, рычал, но не падал, даже через ящик с песком догадался перескочить. Управлять его заломленной рукой было удобно, но на забор пленник таким макаром определенно не запрыгнет.
