Автор
Ночь погружала улицу во мрак, когда дверь с грохотом захлопнулась прямо перед моим носом. Я еле успела отшатнуться, вырываясь из ее жестокой хватки. Раздавались шорохи и голоса, прерываемые ругательствами, явно недовольными мной. Всё это казалось неуместным в окружении тихих проулков — до чего же мне повезло оказаться на месте такого скандала....
— И почему везешь нас к себе, а не во дворец?
Разобравшись с автопилотом, Элла сейчас как раз строчила сообщения — посылала информацию Данни и вызывала к себе домой врача.
— На дворец опять напали. Несколько колдунов и около четырех десятков их созданий. Ребята пытаются разобраться с этим. — Смартфон в ее руках мелодично звякнул. Элла впилась взглядом в полученное сообщение. — О, у них получилось! И знаешь что? Твоя змеюка задушила колдунью, которая была у них главной и называла себя будущей королевой!
— Сегодня определенно наш день, — выдохнула я, чувствуя, как становится легче на душе, и попыталась откинуться на спинку сиденья, но боль не позволяла расслабиться.
Знаки в этот раз категорически отказались меня лечить. Потом я даже слезы пробовала, и на себе, и на Дэне, — ничего не сработало. Это испытание нам предстояло пройти честно.
В итоге мою руку упаковали в гипс, а Дэн слег на неделю одновременно с сильнейшим истощением и жаром из-за пробуждения дара.
Дэн стал первым. То, что он потерял почти все силы, борясь с Ийяром, помогло. Прямо сейчас магии осталось слишком мало, чтобы сжечь горячкой взрослого здорового мужчину. Так что он отделался неделей в постели. А силы, как обещала навестившая нас Согжетта, со временем восстановятся.
Оставшихся колдунов перебили во дворце, все причастные к нападению ждали наказания, моя тетка была навсегда заключена в тюрьму, а ее сын — выслан из Арнеара. Согжетта обещала помочь Дэну научиться пользоваться новыми способностями. А Норин так переживала за нас, что забыла отругать за спонтанную свадьбу без участия родных и близких.
Впереди, всего в нескольких шагах, ждала счастливая жизнь.
…Этим утром очнулся Дэн. Пока он мог только глотать воду и слабо шевелиться, но где-то нашел силы взять меня за руку. И опять отключился. А я несколько часов просидела в кресле у его кровати, не вынимая своей руки из его.
Ближе к обеду он открыл глаза во второй раз.
— Если бы ты сказал, что так будет, когда просил нарисовать тебе солнце, я бы за одну эту просьбу тебя прибила! — сообщила бледной физиономии.
Физиономия реагировала довольной улыбкой.
