Боевой офицер спецназа получает второй шанс на жизнь, перенесясь в СССР зимы 1987 года. Перед ним стоит выбор: вернуться к прошлому или изменить исторический ход событий в переломный момент афганской войны.
— Я тебя прекрасно слышу! Хорошо… Кто я такой? Человек… Человек, который десять лет провел в одиночестве.
Он не договорил, внезапно закашлялся. И кашель этот был плохим… Очевидно, что он болен. Возможно, пневмония? Или что-то похуже!
Десять лет? Здесь?
Что за чушь, а как же эвакуация?
— Ты советский учёный? — громко спросил я.
— Хм… Иди вперёд. У меня хорошее настроение, пожалуй, я расскажу интересную историю…
Снова раздался треск и голос прервался. А я взвесив все за и против, медленно пошел вперёд. Пистолет убирать не стал, мало ли что там впереди? Быть может это хитроумная игра, затеянная русскоговорящим противником, чтобы сбить меня с толку и чтоб я утратил бдительность! Хотя, подход весьма нехарактерен.
Прошел ещё метров тридцать, добрался до поворота. Все встреченные мной двери были сломаны, замки выломаны. Кто это сделал? Душманы?"
"Вопросов стало ещё больше… А вот ответов не было! В бункере определенно что-то произошло, а советское командование и понятия об этом не имело! Нужно попробовать выяснить все обстоятельства, но при этом придумать запасной вариант…
Повернул на угол — здесь тоже оказался прямой коридор с грязными стенами. Кафельная плитка местами осыпалась, капала вода. Торчали провода, висела наполовину оторванная люминесцентная лампа, лежал сломанный молоток. Один из проводов искрил.
Объект хотя и был законсервированным, но все эти годы здесь что-то происходило и явно не на пользу! Черт возьми, я просто терялся в догадках, а любопытство, будь оно не ладно, только подталкивало вперёд. И что удивительно, чуйка молчала… Тоже такой себе знак!
— Ну, смелее… Чего встал? — напомнил мне голос. Скорее всего, он среагировал на то, что я не издавал шума.
Я сделал простой вывод, установленные здесь микрофоны и впрямь хорошо откалиброваны, раз он даже слышит мои шаги по кафельной плитке. Кто же это такой и где он? Куда ведёт?
Вскоре я вошёл в достаточно большое помещение, разделенное на секции. На входе тоже была гермодверь, но небольшая. Она открылась как раз когда я подошёл к ней на расстояние в несколько метров. Здесь тоже лежал труп моджахеда.
Света тут было мало. Под потолком горели красные лампы, парочка из них мерцала. На многочисленных столах стояла пара древних компьютеров, старые настольные лампы, какие-то стопки журналов. Судя по их виду, от влажности все истлело. Повсюду грязь, влага. Сырость. Не хаос, но всё-таки что-то очень близкое к бардаку.
