Как кресло скрипнуло под его движением, лейтенант Евгений Аскольдович возмущённо уставился на Разумовского старшего. "Может, не те катакомбы?", задумчиво произнёс Викторович и указал на экран инфопланер. Атмосфера напряжения скрадывала любое движение в здании, где исчезновение трупа гвардейца стало загадкой для всей воинской части....
А теперь туда проникли и сработало только личное оповещение.
— Вызывай группу реагирования…
— Нет, — я открыл дверь и, как был в повседневной форме, без куртки, вышел наружу, — если ты со мной едешь, то сначала прибудем на место, а потом вызовем. Нельзя спугнуть.
— Стой, — дядя Саша в пару шагов догнал меня и придержал за руку, — ты так собрался идти?
Вообще, я собрался бежать. Пусть и нельзя пользоваться силой, но организм уже не тот, что раньше. Потому я не боялся замёрзнуть. А то, что я без оружия, так Ерастов сам сказал, что поедет со мной.
Только я хотел объяснить это дяде Саше, как он опередил меня и указал в сторону парковки:
— У меня автограв припаркован, полетели.
Снег разметало телекинезом. Тепловое воздействие удалило с дороги лёд. Мы пробежали до парковки и Ерастов, сдувая силой снежный покров с кузова, открыл дверцу спортивного антиграва. Я нырнул в салон.
— Рассказывай, — бросил дядя Саша, и я поделился с ним прошедшими событиями.
По ходу рассказа я понял, что стоит уведомить Растеряшева. Связался с ним, и он сообщил, что встретит нас на месте.
На сердце стало совсем легко. С Ерастовым и полковником мы справимся с любым противником, если, это, конечно же, не кто-то сопоставимый силой с Меньшовым. Но таких монстров на базе просто нет. Валентин Севович единственный человек здесь, да и на планете, насколько я знаю, чей индекс развития превышал семьдесят пунктов.
— Весело, — это всё, что обронил дядя Саша в ответ на мой рассказ. Да он и времени не было, на более продолжительные разговоры.
Только он проговорил, как мы пошли на снижение. Автограв нырнул к земле. Выровнялся в трёх метрах от неё и мягко приземлился на снежный покров.
Мы вышли из машины и тут же увидели Растеряшева. Он, как и обещал, успел первым.
— Ваше высокоблагородие, — приветствовал я его, разворачивая сообщение на коммутаторе.
Виктор Маркович кивнул Ерастову и сверился с моим гаджетом.
— Я не заходил в систему, — пояснил он, — боялся спугнуть, мало ли.
— Вы на это рассчитывали, когда отдали мне дело? — спросил я, пританцовывая на месте.
Не заметить моё перетаптывание было невозможно. Дядя Саша хмыкнул, и я ощутил, как мороз отступает, а вокруг нас разливается тепло. Но переминаться с ноги на ногу я не прекратил.
