Как кресло скрипнуло под его движением, лейтенант Евгений Аскольдович возмущённо уставился на Разумовского старшего. "Может, не те катакомбы?", задумчиво произнёс Викторович и указал на экран инфопланер. Атмосфера напряжения скрадывала любое движение в здании, где исчезновение трупа гвардейца стало загадкой для всей воинской части....
Спецназ рода Юдиных. Рода моей невесты.
— Господин, — поклонились они, прикладывая сжатый кулак к груди.
* * *— Так, а ботинок, откуда взялся? — почесав затылок, спросил Растеряшев.
Мы, как раньше, вчетвером сидели в кабинете Меньшова и разбирали случившееся. С момента схватки минуло всего шесть часов. Я только и успел, что вернуться в академию и побыть немного с семьёй.
— При взрыве с тела Фадеева слетел, — поморщился я. Воспоминания о смерти лейтенанта вызывали горечь. Хоть и был он тем ещё мерзавцем, и мотивация его заставляла желать лучшего, но, всё же, он оказался верным своему долгу морпехом.
— Ну, ты дал, конечно, Ростик, — протянул Ерастов озадаченно. Почти весь рассказ его лицо выражало обиду, что с ним я не поделился догадками заранее.
— Прости, дядь Саш, не мог рассказать, — развёл я руками. — Сам об этом догадался в последний момент."
"Уточнять, что он мог нечаянно сболтнуть кому-нибудь при планировании операции, я не стал.
— Ростислав, а зачем Сарай вообще с тобой разговаривал? — снова взял слово Растеряшев, — почему сразу не напал? Прям, киношный злодей какой-то.
— А не знаю, Виктор Маркович, — пожал я плечами, — у них это семейное. Наверное, хотел сам себя впечатлить, какой он коварный гений. Ну и насладиться своим превосходством…
— Нда, — протянул Растеряшев, — слышал я, конечно, что ЧСВ у древнейших родов зашкаливает, но, чтобы до такой глупости.
— Семейное? — уцепился за мои слова Меньшов, а я прикусил язык. — Это с кем же из их рода ты успел ещё встретиться? Или пилот флота Ярослав Сарай умер не так, как написано в отчёте?
Блин! Блин! Торпеду мне в дюзы! Вот же ж я ландух серебристый. Валенок от матроса… Да как так?
— Ты чего застыл истуканом? — хмыкнул Меньшов, — рассказывай, давай, а то Александр Ярославович сейчас из штанов выпрыгнет.
Глянул на дядю Сашу. Он единственный, кому я в своё время рассказал все подробности. Сейчас он напрягся, и выглядел взволнованным.
Что ж, сам виноват. Слишком расслабился и сболтнул лишнего….
Ааа, будь, что будет.
— Ну, не совсем так, — протянул я и стал докладывать, как было на самом деле.
— Ясно, — Меньшов пробарабанил пальцами по столу, когда я закончил, и задумчиво протянул: — это многое проясняет, но отчёт менять не будем.
