Как кресло скрипнуло под его движением, лейтенант Евгений Аскольдович возмущённо уставился на Разумовского старшего. "Может, не те катакомбы?", задумчиво произнёс Викторович и указал на экран инфопланер. Атмосфера напряжения скрадывала любое движение в здании, где исчезновение трупа гвардейца стало загадкой для всей воинской части....
— Вот, — Гусар раскрыл один из них и протянул Михаилу Владимировичу, — просто с сыром не поместились, пришлось в руках.
— Парочки хватит.
Великий князь подхватил чебуреки телекинезом, и они, роняя капли масла на ковёр, проплыли по комнате.
— Благодарю, — кивнул великий князь и откусил свернувшийся в трубочку чебурек.
— Елизавета Владимировна, — Миша раскрыл другой пакет, — с курицей и грибами, будете?
— Мои любимые, — улыбнулась девушка и, кивнув, так же, как и прадед подхватила пару штук.
— А нам? — вырвалось у Рифката.
— Налетайте, — Миша первым запустил руку в один из пакетов и тут же запихал себе в рот целый чебурек. — На всех хватит, — пробубнил он с набитым ртом, а его рука уже достала следующую порцию.
Строй сломался. Ребята забыли о стеснении. Затолкались плечами. Зашуршали бумагой и тихо зачавкали.
— Нет, всё же прав Разумовский, — покачал головой великий князь, когда доел первый чебурек, — вы удивительным образом всегда приходитесь к месту. Чайку? — Михаил Владимирович подтянул к себе чайник, который уже в воздухе закипел под его взглядом.
— Благодарим за похвалу, — я постарался скорее прожевать, но не смог осилить кусок теста, а молчать дольше было бы невежливо. — Не откажемся.
— Вот и отлично, — улыбнулся великий князь и наполнил влетевшие из приёмной чайные блюдца.
— Я вас что позвал, — Михаил Владимирович не удержался и цапнул чебурек из пакета рукой, — в деле Сладкобаева прорыв, и я улетаю сегодня в карательную экспедицию, — великий князь прервался, украдкой облизал масленые пальцы, и продолжил: — так что мы с Вами не скоро увидимся вновь, а мне вас наградить надо.
— Да мы, — начал, было, я, но он махнул рукой, и я замолчал.
— Любая работа должна быть оплачена, — строго произнёс Михаил Владимирович, — Тем более просьба государя, но, так как вы действовали не официально, боевых наград присвоить не могу.
Великий князь обвёл взглядом нашу компанию. Понял, что слушаю его только я, и, посмотрев на меня, спросил:
— Деньгами оплатить — пошлость, — поморщился он, — так что уточняю, лично вам что-нибудь нужно?
Оглянулся на ребят.
— Ваше высокопревосходительство, — начал речь с обращения на военный манер, как бы намекая, в каком направлении последует просьба. Если правильно разобрался, именно так говорят аристократы, намёками.
