В мрачном госпитале империи, где жизнь тщательно охранивалась, он не шевелился, словно в забытьи, глядя на монитор с отрешенной душевной пустотой. Но я понимаю, что время иссякло, и приходится действовать решительно. Я положил руку ему на плечо и уверенно отодвинул его в сторону, заняв место оперирующего хирурга. Уважение к пациенту не должно мешать срочности ситуации — я протянул руку за скальпелем, произнося слова с холодным безучастием....
Похоже, «Лекарь Империи 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Натрий сто тридцать восемь, калий четыре и две десятых, кальций в норме.
Я продолжал писать и зачеркивать.
Токсические причины? Нет, мы контролировали все препараты, которые ему вводили. Гипогликемия? Сахар в норме. Гипоксия? Сатурация девяносто шесть процентов. Все стандартные, очевидные причины отпадали одна за другой, оставляя нас в тупике.
— Значит, мы что-то упускаем! — Шаповалов с силой ударил кулаком по стене, отчего стекло тихо звякнуло. — Что-то нетипичное! Редкое!
— Эй, двуногий! — раздался в голове голос Фырка.
Фырк был прав. Я слишком зациклился на очевидном — на черепно-мозговой травме. Это была ловушка, в которую попадают даже самые опытные лекари — туннельное зрение.
Закрыв глаза, я приложил ладонь к холодному телу и активировал Сонар, но направил его не на голову, а на все тело Ашота. Медленно, методично, как сканер томографа, я начал просвечивать каждый сантиметр его истерзанного тела, от кончиков пальцев до макушки.
Грудная клетка. Пять сломанных ребер, это мы знали. Но постойте… Седьмое ребро справа. Там не просто перелом. Острый, как игла, костный осколок был направлен внутрь, в сторону позвоночника.
— Черт, — я открыл глаза. — Фырк, ныряй! Седьмое ребро справа, срочно! Мне нужны детали!
Бурундук, который до этого сидел у меня на плече, тут же исчез, бесшумно «нырнув» в грудную клетку Ашота.
— Ого! — голос Фырка в моей голове звучал взволнованно и озадаченно. — Тут целая каша! Оскольчатый перелом, острый край проткнул надкостницу и… ой-ой-ой! Межреберная артерия! Она кровит!
— Ребра, — произнес я вслух, и мой голос прозвучал глухо. — Одно из них, седьмое справа. Там не просто перелом. Там оскольчатый перелом с повреждением надкостницы.
— И что с того? — Шаповалов нахмурился, не понимая, к чему я веду. — Сломанное ребро не объясняет судороги!
— Объясняет, — я резко повернулся к ошарашенной команде. — Если осколок повредил межреберную артерию, могло начаться медленное, капельное кровотечение. Гематома. Не в плевральную полость, а…
Озарение ударило так сильно, что у меня перехватило дыхание. Все разрозненные куски головоломки мгновенно сложились в одну ясную, чудовищную картину.
