Внутри кармана дрожало недовольство. Он цинично улыбался своей победе. Сверкающий замок перед ним словно насмехался над невезением рядом стоящей девушки. Крики ярости и просьбы отворить стекло наполняли воздух, а холодные слова за окном только усиливали гнев.
Проходящие мимо люди, узнающие в мужчине главу Лавенхейма, кланялись и произносили будничное приветствие. От женщин я не улавливала зависти. Боги, начинаю полагать, что властитель Лавенхейма еще красивее, мужественнее, богаче и сильнее, чем наш герцог.
Сев в экипаж, я поправила юбки и задвинулась в угол, чтобы мое уличное платье не задевало ничьи конечности.
Стоп!(?) Это я, что, начинаю стесняться?
За мной забрался и Его Светлость, велев кучеру править до усадьбы.
— А моя неожиданная прогулка вышла приятной, — произнес он, косясь на меня.
— Я тоже, — промямлила медленно, соображая и делая попытки справиться с нахлынувшими эмоциями.
Откуда во мне проявилось это проклятое смущение? Я ведь его поборола в первые дни. Словно мне назло в голове возникли образы из прочитанного любовного романа. И это, конечно, только мешало. В пору задуматься, не легкая ли это влюбленность, но...
Нет, это бред какой-то.
Естественно, герцог в моих раздумьях мне не помогал, больше мешал, развернув неприятную для меня тему.
— Значит, на свадьбу вы отправитесь с господином Граемом. Эти приготовления, выезд в другой город за платьем для него? — прищурился он, мельком бросив взгляд на упакованное платье.
— Да... нет... — растерялась я.
— Так да или нет?"
"— Это для себя, господин Бриленд, — заявила я упрямо. — У меня мало поводов наряжаться, а Эви моя подруга. Почему бы не порадовать себя покупкой.
— Но восхищаться же будет именно наш артефактор, — продолжал он упорствовать.
Присмотревшись, я внезапно осознала, что это ревность. В первые секунды я сопротивлялась подобной мысли, но люди не такие сложные существа, как им хотелось бы казаться. Ревность? От человека, который в первые дни меня презирал, а потом признал, потому что я умею и владею тем, что ему нужно, но он пока отказывается?
— Звучит, будто вы ревнуете, — поддела его.
Специально это сделала, даже самой интересно, как он будет выкручиваться.
— Это не ревность, Саммер, — мгновенно начал отрицать мой собеседник.
— Тогда что?
— Это предосторожность.
— О чем вы? — посерьезнела я.
Намеревалась поддеть его, а задели меня. Уверена, мы думаем об одном и том же инциденте, когда господин Браун вдруг почувствовал, что ему можно ко мне приставать.
Но я не пятилетняя девочка, и даже в случае с Брауном не дала себя в обиду. Не надо за мной приглядывать. Сомневаюсь, что на свадьбе мы можем столкнуться с кабанихами и кабанчиками.
