Я стонала так громко, что даже собственные крики переполняли больницу. Ужасающий голод сводил мне с ног и заставлял дрожать от страха. Каждый жесткий хват в мою руку был небывалой трансцендентной точкой, подталкивающей меня на грани безграничного страдания.
"Голод
Голод,
что сводит судорогой тело
и выжигает изнутри.
Солод,
от жажды крови опьянела,
её уже не усмирить.
Молот
в висках стучит, во тьму толкая,
и заставляет монстром быть.
Холод
меня убил, но я мечтаю,
ожить, оттаять, полюбить.
Глава 1.
- Вы блин точно с больницы?!
Я задыхалась от боли, закусывая губы, чтобы только не стонать и не ныть, словно мелкая пигалица, прожигая злобным взглядом двух молодых людей в белых халатах.
- Или проходили практику на мясо комбинате?!
На очередной кочке я почти взвыла от боли, взмолившись, чтобы сознание покинуло меня сейчас же!
Сию же секунду, потому что больше выносить эту боль было просто невозможно!
Эти упыри в белых халатах везли меня в машине скорой помощи, с абсолютно беспристрастными лицами, протягивая лишь иногда новые жгуты и салфетки, которые тут же пропитывались багровой кровью.
Они не удосужились даже дать мне обезболивающих, сразу же затолкав в машину, и теперь я шипела, и каталась от боли на кушетке, а они просто тупо пялились на вид из окна, иногда переговариваясь по хрипящей рации.
- Шон! У нас тут девочка с глубоким ножевым ранением, предупреди хирургов, что им везем подарочек!
Гады!
- Вообще-то «девочке» уже 25 лет! – зашипела я, снова не удержав вскрика, когда машина стала разворачиваться на повороте, не зная, куда мне деть адски горящую руку: прижать к себе? Вытянуть? Высунуть в окно под порывы ветра?
Боже, я была согласна даже на ампутацию, лишь бы только эта пульсирующая боль прекратилась!!!
- Подарочек в сознании? – мужской голос из рации, казалось, просто издевался и был неимоверно счастлив, и если бы не эта ужасная боль я бы выкрикнула всё, что я думаю о подарочках, их службе, и вообще!
- Более чем! - в ответ хмыкнул один из моих мучителей, задорно покосившись на меня в зеркало заднего обзора.
- Ясно! Тогда обрадую Рича!
И Ричу вашему тоже достанется!
- Боже, пристрелите меняяяяя! - стон закончился всхлипом, который я уж была не в силах удержать.
Боль была такой живой, такой дергающей, что я пыталась даже не дышать, чтобы только не потревожить руку.
Машина наконец-то остановилась на удивление плавно, и я была готова с благодарностью посмотреть на водителя, если бы только была в состоянии двинуться с места.
