Внутри кармана дрожало недовольство. Он цинично улыбался своей победе. Сверкающий замок перед ним словно насмехался над невезением рядом стоящей девушки. Крики ярости и просьбы отворить стекло наполняли воздух, а холодные слова за окном только усиливали гнев.
— я выставила палец и выглядела грозно, учитывая, что Уоррен меня не прерывал, — и я за себя не отвечаю. Хотите войны со мной, вы ее получите!
Чудное дело, Роберт промолчал, отойдя в сторону и открывая путь к лестнице. Поднимаясь по ней, топая во всю мощь своего худого тела, все равно услышала шепот.
— Именно, Мэтисон. Именно.
— Что вы сказали? — перегнулась через перила. — Мне приступать к выполнению своих угроз?
— Я сказал, Мэтисон, что не могу выносить тебя, что не уважаю, потому что ты ничем не отличаешься от предыдущих молодых людей, приехавших в Лавенхейм и ноющих, о несправедливом распределении.
Ему удалось меня задеть. И где-то я соглашалась, что отповедь Уоррена местами правдива. Местами, потому что меня в столицу влекли отнюдь не перспективы стать королевским лекарем и лечить исключительно придворных, а встреча с портальщиком.
Глава 9. Саммер
С момента злополучной аварии прошло несколько дней. Как я и предполагала, брат, племянник и слуга Бриленда очнулись к вечеру, почти ровно в тот же час, когда приехал герцог. Он был задумчивым и взволнованным, а я заспанной и обездвиженной. Беседы, о которой он упоминал, не получилось.
Пациентов забрали, отвезли в поместье, а мне помог добраться Уэйд, неустанно благодаривший за храбрость и находчивость.
Зато меня навестила Эви.
— Я начала переживать, что ошиблась, — кинулась она мне на шею, едва я отворила дверь. — Роберт сказал, что ты взяла несколько выходных.
— Да, верно, — обнимала девушку в ответ. — Что же тебя привело? Как маленькая Генриетта? А ее отец?
Мы расположились на моей кухне, и я заварила чай, чтобы дать леди Лейк передохнуть.
— Я за этим и пришла, Саммер, — торжественно произнесла Эви, передавая мне красивую открытку, украшенную вензелями. — Мы наконец-то назначили дату торжества. Теперь меня перестанут осуждать, и можно будет постепенно возвращаться к нормальному образу жизни.
— Я поздравляю, — искренне порадовалась за нее.
