Автор
В холодной комнате, где только что была шутка о присланном конверте, теперь витает таинственный воздух. Тело тревожно сжимается от предчувствия, когда муж открывает ДНК-тест. Улыбка на его лице исчезает, заменяясь недоверием и растерянностью, как будто мир вот-вот развалится....
Как будто я не дома, где знакомы каждая выщерблинка на подоконнике и завиток на обоях, а в склепе.
– Прости! Чертовы нервы.
– Ну, так фильтруй как-то! Мишань, вкусный пирожочек бабуля испекла? – кричу в глубь квартиры.
– Дя. Я буду есё.
Отношу сыну пирожок, целую его перепачканные щечки. Самообладание возвращается медленно, а ведь, казалось бы, было понятно, что родители Юры обо всем доложат моим.
– А зачем бы я стала это рассказывать, мам? Это не та тема, которой приятно касаться. Мы с Юрой решили, что Мишка наш в любом случае.
– О чем?! Эля! Дочь, нельзя быть такой беспечной.
– Да почему беспечной-то?!
– Нет, ты не подумай. Юра порядочный человек, с этим никто не спорит. Конечно, он не будет устраивать скандалов. Но ты же должна понимать. Мужчины это воспринимают очень остро. А что, если какая-то молодуха подсуетится, а?
Молодуха? Да я и себя не считаю старой.
– Мам, что за глупости? Он бесплоден. Давай не будем об этом, пожалуйста. Я тебя прошу. Мне эта история уже всю душу вынула.
– Тебе! – мама всхлипывает. – Ты только представь, в каком шоке были мы с папой. Это же – как в фильме каком-то. Кажется, так не бывает. Ты, кстати, не пыталась узнать, ну… Кто Мишкин отец.
– У Мишки один отец – это Юра. И, мам, я тебя очень прошу. Хватит. Не вынуждай меня уходить, я только пришла.
– Да ты что, Элька?! Что за глупости? Мы для тебя лучшего хотим.
– Я понимаю.
– Угу. А по поводу родительства… Может, ты и права, Эль. Зачем ворошить? Но вот с учебой ты зря. Не ко времени это.
– Восемь лет не ко времени, мама. То одно, то другое! Почему я должна ставить на себе крест?!
– А ты подумай, что с тобой станет, если Юра уйдет? Что с Мишкой? Что ни говори, а свой ребенок есть свой. Вдруг у вас разладится, а, Эля? Так-то Юрчик порядочный, алименты будет платить, но… Ты куда? К нам вернешься? Мы уж с отцом обсудили. Переедем на диван, если что, а вам отдадим спальню.
– Та-а-ак! Остапа понесло. Сядь. Выдохни. Ты что несешь? Говоришь так, будто наш развод с Юрой – решеный факт.
– Я думаю о будущем, Эля! Представь, что он поставил ультиматум. Либо рожай, либо учись. Учитывая обстоятельства, его можно будет понять. И вот ты из принципа или желания что-то ему доказать выбираешь учебу… И? Дальше что? Ты подумала, как будешь жить? На что? Где, я не спрашиваю, это мы обсудили. Ну, ведь не можешь ты не понимать, что без поддержки мужа твоя идея в принципе утопична?! Дневное отделение, Эля, есть дневное отделение. Работать ты не сможешь.
