Автор
В холодной комнате, где только что была шутка о присланном конверте, теперь витает таинственный воздух. Тело тревожно сжимается от предчувствия, когда муж открывает ДНК-тест. Улыбка на его лице исчезает, заменяясь недоверием и растерянностью, как будто мир вот-вот развалится....
Кое-что пришлось убирать, кое-что досаживать."
"– Значит, дом ты, Георгий Борисыч, построил, дерево посадил. Осталось только сына родить, а? – ляпаю и осекаюсь, поморщившись – это ж надо было такую банальщину выдать. Бутенко, кажется, тоже неловко. Наверное, я не первая и не последняя, кто считает своим долгом пройтись по этой теме.
– Там иса! Мама, там иса! – орет Мишка, захлебываясь восторгом.
– Лиса, – поясняю я для Георгия, разворачиваюсь так резко, что волосы по щеке хлещут, и кричу: – Миша, только не вздумай ее трогать.
Сердце подскакивает к горлу и колотится, колотится в такт ускоряющихся шагов. Среди изумрудных зарослей папоротника и бамбука мелькает пушистый рыжий хвост. Хватаю сына, прижимаю к себе.
– Ты ее не трогал?
– Неть. Касива-а-а.
– Здесь много лет не фиксировали случаев бешенства, – успокаивает меня Бутенко, догоняя на краю дорожки. Тепло от его массивной фигуры в парке касается моих голых плеч и стекает вниз по рукам волной мурашек.
– Пойдем лучше в дом, – смущаюсь я своего испуга.
– Хотю лиситьку!
– А кот подойдет? У меня в доме есть кот.
– Басой? – загораются интересом Мишкины глаза.
– Большой? – перевожу я.
– А, да. Огромный такой. Лапы, как тарелки. Мейн-кун. Тоже, кстати, рыжий.
– Я не знала, что у тебя есть кот, – удивляюсь.
– Ну, теперь знаешь. Проходи. Чаю? – Георгий отворачивается к красивому кухонному гарнитуру. – Или вы спешите? – замирает в профиль.
– Нет. Нас никто не ждет, – с непонятно откуда взявшейся в голосе горечью рублю я и опять осекаюсь, да.
– В каком смысле?
– В прямом.
– Не понимаю.
– Спроси у своего друга. Он объяснит, – отчего-то злюсь. Злюсь противоестественно и неправильно. Как будто авансом. Руки Бутенко, колдующие над заварником, замирают. «Боже, разве кто-то еще пьет чай вот так, по старинке? Он не в курсе существования чайных пакетиков?!» – психую на ровном месте.
Сжав кулаки, отвлекаюсь на Мишку, который как набросился с порога на кота, так и висит на нем, похрюкивая и повизгивая от восторга, и дышу, дышу, заставляя себя успокоиться.
– Я спрашиваю у своей подруги, – тихо замечает Георгий. – Что у вас происходит?
Со всхлипом вздохнув, поднимаю глаза на Бутенко. Тот хмурится.
