В темном доме, где только мерцали два светильника, новорожденный малыш лежал в безопасности среди родных теплых объятий. Затихший мир княжьего двора на смену дневного шума пришел тихий покой, окутанный легкой аурой надежды и любви.
Сама судьба была на его стороне, и что значили перед ее волей все происки княгини Дубравки, все вопли ее сторонников? Ему дана такая сила, которую не одолеет никто. Страх перед нечеловеческим существом прошел, теперь Зимобор твердо верил, что младшая из Вещих Вил поможет ему.
Но не только надежда на помощь его согревала. Дева не показала ему своего лица, но ее нежный, ласковый голос, чарующий аромат ландыша, само ощущение блаженства от ее присутствия кружили голову даже в воспоминаниях.
– Если княжна Избрана так хороша и богами любима – место ей в святилище, пусть богам служит! – кричал тем временем десятник Достоян.
– А кто смеяться вздумает, тот вот что понюхает! – Секач выразительно показывал собственный могучий кулак.
– Надо вопрошать богов, кто угоден им на престоле смоленском! – восклицала княгиня Дубравка.
Вопрошать богов… Княжеский посох со смертью Велебора забрали в святилище, и теперь он ждет нового владельца перед идолом Сварога.
Крики становились все громче и беспорядочнее, никто уже не слушал других, ожесточение нарастало. Пора было вмешаться, пока дело не дошло до драки.
Зимобор встал и поднял руку.
– Тихо! – рявкнул на расходившуюся толпу воевода. – Дай княжичу сказать!
– Не буду оспаривать достоинства сестры моей Избраны, но и себя в обиду не дам! – сказал Зимобор.
– Вот молодец! – одобрительно воскликнул Беривой. – Это дело! Нечего богов гневить бабьей болтовней.
– Я выставлю человека биться за мое право! – звонко объявила Избрана и тоже вскочила, словно само ее сердце рвалось в битву.
– Что это за человек? – быстро спросил Зимобор.
Избрана поймала его пристальный взгляд и поняла, что он для нее приготовил подвох.
