В лесу удовольствий на троих набирается множество интересных персонажей: симпатичные мужчины лишь случайно приходят для оплодотворения, но женщины здесь настоящие ученые-амазоны — знатоки флоры и фауны. К тому же есть милые котики, которые беспринципно вмешиваются в жизнь Михеевых. Когда появляется Чубайс (тоже известный как Рыжий), мир вокруг меняется до неузнаваемости....
А я пришёл, чтобы побыть со своей несостоявшейся женой. Не думал, что буду жалеть, о том, что женщина не приняла обручальные клятвы. Но ты всё изменила… Я больше не хочу служить миру Леса. Я весь твой, Саша.
Сколько боли и печали было в его голосе.
— Урд… Я не хотела, чтобы меня заперли в родовой башне твои сородичи. Но ведь ты и сам знаешь, как мне дорог. Если бы наши клятвы звучали лишь для нас двоих, то я согласилась.
Эльф легко сбросил одежды, словно приказав им покинуть его сильное атлетичное тело и вошёл в воду.
— Что ты делаешь? — инстинктивно сделала отступила, чтобы не наброситься на него.
— Хочу рассмотреть тебя поближе и принести свой обет, глядя в твои прекрасные глаза, моя любимая!
Глава 30. Урд
Идти сквозь бесконечно-одуряюще-гнетущий пейзаж пустыни было невыносимо. Отсутствие привычной зелени сводило с ума.
Узкая талия, манящий изгиб бёдер, точёная шея, открытая из-за непривычно короткой длины волос моей Избранной. Никогда не думал, что локоны, едва доходящие до плеч — такое грозное оружие, открывающее участки кожи, и подчёркивающие хрупкость обладательницы. Но рыжая волчица набросила безразмерный плащ на Сашу, скрыв её соблазнительную фигуру. А ведь я только начал слагать оду.
— Чего загрустил, потомок Первых? Наслаждайся прогулкой! Когда ещё тебе, лесному жителю, представится такой шанс посмотреть мир? — мне было никуда не скрыться от этого оборотня, который увязался за Избранной, а теперь ещё и кичился тем, что связан с ней клятвой союза крови. Почему-то очень хотелось вцепиться ему в глотку и разорвать яремную вену — желание более присущее зверю, нежели мне, барду и поэту.
— Отстань! — буркнул и я ускорил шаг. — Здесь слишком воняет волчатиной.
Ответом мне стало глухое рычание множества глоток, но мне было всё равно. Даже если бы мою плоть начали рвать сотни острых клыков, не проронил бы и звука — душевная боль была гораздо сильнее. Саша пренебрегла клятвами, которые бы связали нас… Раньше я не желал нашего союза. Узнав, что именно мне предстоит стать Хранителем Избранной, искал все способы и возможности отказаться от этого долга, но сейчас, изучив девушку, мог лишь мечтать стать её супругом.
